#8-Дань Псам

То, что она смогла увидеть в его глазах, заставило ее задрожать. Она в один миг поняла, какую милость он ей оказывал, отводя глаза, прячась за завесой беззаботности. Однако она сама напросилась, то ли от скуки, то ли желая проверить, действуют ли ее личные чары - и теперь не может разорвать возникшей связи. Подстегивая в себе решимость, она сказала: - Эндест Силан, да. Причина визита. Понимаю.

- Он убедил себя, будто уже давно сломался, Верховная Жрица. Но мы же знаем, это не так.

Она кивнула: - Он доказал это, удержав Отродье Луны под гладью моря - доказал всем, кроме себя самого.

- Я открываю ему степень своего доверия, - продолжал Рейк, - а он каждый раз… противится. Я не могу проникнуть за возведенную стену, не могу коснуться того, что таится внутри.

- Тогда… это его вера сломана.

Сын Тьмы молча скривился.

- Когда придет время, - сказала она, - я буду там. Сделаю что смогу. Хотя… смогу я, вероятно, немногое.

- Не надо заботиться об эффективности твоего присутствия, Жрица. Мы говорим о вере.

- А вера не нуждается в субстанции. Спасибо.

Он снова отвел глаза, и на губах снова мелькнула та сухая улыбка. - Ты всегда была моей любимой.

- Я или столешница? Кого ты любил?

Он встал. Она тоже. - Верховная Жрица, - сказал он.

- Сын Тьмы, - ответила она, снова кланяясь.

Потом он ушел, оставив после себя внезапную пустоту, почти слышный щелчок смещения - но нет, это воображение, намек на что-то, оставшееся в памяти - его лицо, его глаза, то, что она вдруг увидела.

“Мать Тьма, услышь меня. Поверь мне. Ты не поняла тогда своего сына. Ты и сейчас его не понимаешь.

Неужели не видно? Во всем Драконус виноват!”

***

- Неправильно это, - пропыхтел Рекканто Илк, брызгая кровью при каждом слове. - Когда доходит до визгливых баб, их нужно вышибать из кабака, а не пускать туда!

Визжащие, рычащие, щелкающие зубами женщины успели пробить дыру в двери, заполнив ее загребущими руками. Пальцы впивались в края - женщины пытались пролезть внутрь все сразу. Когти цапнули татуированные плечи Трелля, и он опустил голову, закряхтев. Демоны наседали, дверь трещала - но Трелль оказался сильным ублюдком, он сдерживал их с того момента, когда первый натиск чуть не оставил Илка без драгоценной головы.

Слава богам - какие бы боги не обитали в грязном поселке - что демоницы оказались такими тупыми. Ни одна не попробовала влезть в окно - хотя полосатый бугай Грантл поджидал их с саблями в руках с одной стороны, а Финт и братья Бревно с другой, и если бы какой-то удалось вышибить ставень, ее порубили бы на кусочки. Рекканто на это надеялся, потому что спрятался под столом, а стол - неважная защита. Точно неважная против демониц, которым удастся порвать Грантла, Финт и братьев Бревно, и Трелля, и Полнейшую Терпимость тоже. Ну, дела.