МИ (Цикл)

Возможно, только что пробудилась вся эта часть Древнего мира…

— Спасти мир, как предсказала ведьма, так, колдунья? — задумчиво произнес Натан.

— Ты имеешь к этому такое же отношение, как и я, — напомнила она.

Волшебник просто пожал плечами.

— Благородный поступок по-прежнему остается хорошим деянием, куда бы ни привел долг. Я покинул Народный Дворец, чтобы помочь людям, и я счастлив делать это.

Никки не могла с ним не согласиться.

Встревоженные горожане разошлись, чтобы отыскать свои заброшенные дома и начать жизнь заново. Никки, Натан и Бэннон присоединились к трактирщику и его жене за трапезой из жидкой овсяной каши, сваренной из небольшого мешка с зерном, удивительным образом не испорченного.

Бэннон, однако, оставался крайне расстроенным и тщетно пытался найти покой и умиротворение. Он был раздражительным, пугливым, задумчивым, и, наконец, когда троица осталась без лишних ушей в одной из пыльных комнат гостиницы, Никки спросила его:

— Могу предположить, что ты все еще страдаешь от пережитого. Теперь заклинание разрушено. Что ты видел, когда оказался в каменной ловушке?

— Со мной все хорошо, — хрипло произнес Бэннон.

Никки не желала отступать.

— Выражение вины на твоем лице было несколько иным, чем когда ты рассказывал нам об Иэне и работорговцах.

— Да, приятного было мало.

Никки ждала, вдохновляя его своим молчанием, пока тот не выпалил:

— Это были котята! Я вспомнил человека с моего острова. Он утопил мешок с котятами. — Бэннон отвел взгляд от колдуньи, прежде чем продолжить. — Я пытался остановить его, но он бросил их в речку, и котята утонули. Я хотел их спасти, но не смог. Они мяукали и плакали.

Никки подумала обо всех страшных вещах, пережитых ею, о своем чувстве вины, которое она отбросила, о крови, которую пролила, о разрушенных ею жизнях.

— Это самая тяжкая вина, которую ты чувствуешь за собой? — Она ему не поверила. — Даже тяжелее той боли после случившегося с Иэном?

Карие глаза юноши, повернувшись к Никки, вспыхнули от гнева.

— Кто ты сейчас? Судья? Не тебе мерить мою вину! Ты не знаешь, как сильно это разбило мне сердце, как я скверно себя чувствовал. — Бэннон вышел в поисках другой свободной комнаты, где он мог бы переночевать. — Оставь меня в покое. Я больше не хочу об этом даже думать. Молодой человек закрыл дверь, невзирая на продолжающиеся вопросы.

Никки проводила взглядом его удаляющуюся фигуру, пытаясь оценить правдивость сказанных им слов, но было что-то неладное в глазах Бэннона, в выражении его лица. Он скрывал настоящий ответ, но колдунья решила не давить на юношу сейчас, хотя рано или поздно ей нужно будет это узнать.

Все здесь, в Локридже, прошли свои собственные испытания.