МИ (Цикл)

Я знаю, что ты не сказал правду, — по крайней мере не всю.

Бэннон сразу насторожился и отступил, на его лице читался страх.

— Правду о чем?

— Что показал тебе Судья? Какая вина гложет тебя изнутри?

— Я уже говорил. — Бэннон отступил, словно желая сбежать. Он побледнел. — Я не смог остановить человека, когда тот топил мешок с котятами. Милостивая Мать моря, я знаю, что это выглядит в твоих глазах по-детски, но не тебе судить, как моя вина может на меня влиять!

— Я не судья тебе, — сказала Никки, — и не хочу быть ею. Но мне нужно понять.

Подойдя к ним по берегу ручья, Натан вмешался в разговор.

— То есть, ты хотел бы, чтобы мы верили, будто Судья посчитал потерю котят более достойной осуждения, нежели исчезновение твоего друга вместе с работорговцами? — Волшебник задумчиво улыбнулся, пытаясь выглядеть сострадательным. — Хотя, по правде, я сам люблю котят. Сестры во Дворце Пророков однажды позволили мне завести котенка — четыреста лет назад. Я заботился о нем, он вырос в кошку, и, я полагаю, она была счастлива бродить по дворцу и охотиться на мышей и крыс, где ей хватало места разгуляться. Это было много веков назад... — Голос Натана наполнился грустью. — Кошка, конечно же, давно мертва, и я не вспоминал об этом уже долгое время.

Никки попыталась смягчить свой суровый голос, незначительно в этом преуспев:

— Ты наш спутник, Бэннон. Может, ты преступник? Я не собираюсь тебя наказывать, но мне необходимо знать. Ты можешь являться препятствием для нашей миссии и угрожать безопасности страны, в которой находишься.

— Я не преступник! — огрызнулся юноша, и зашагал вдоль ручья, стараясь держаться в стороне. Никки пошла за ним следом, но Натан положил руку колдунье на плечо и слегка покачал головой.

— Как бы то ни было, я не осуждаю тебя, — окликнула она молодого человека. — Я могла бы месяцами перечислять людей, которым причинила боль. Однажды даже поджарила заживо одного из своих генералов, прямо посреди деревни, чтобы показать ее жителям, насколько я безжалостна.

Бэннон обернулся и уставился на колдунью одновременно с удивлением и отвращением. Никки скрестила руки на груди.

— Ты не смог помешать кому-то утопить мешок с котятами. Может, это и правда. Но я не верю, что Судья осудил тебя на веки вечные из-за такого пустяка.

Бэннон плеснул на лицо прохладную воду, затем отошел от ручья и стал подниматься по склону, усеянному луговыми лилиями.

— Это долгая история, — вздохнул он, не глядя на Никки.

Натан, стоя за его спиной, произнес:

— Этот разговор может подождать, пока мы не разобьем лагерь. Также стоит поискать что-нибудь поесть.

Бэннон, пробираясь через кустарник, спугнул пару рябчиков. Две упитанные птицы, кудахтая, заковыляли быстрыми шагами и сорвались в полет. Никки, сделав небрежный жест рукой, выпустила магию.