МИ (Цикл)

И никого, кто помог бы ему.

Следуя через лабиринт, служащий логовом Терновой Деве, Хенрик начал различать жужжание насекомых, голоса птиц, свист и стрекот других созданий. Когда они достигли какого-то выхода и шагнули в ночь, все обитатели болота вдруг смолкли и установилась мертвая тишина.

Низкие облака, стремительно проносившиеся над головой, откуда-то из-за туч подсвечивала луна, и от них исходило слабое сияние. Место, куда вышли путники, было достаточно возвышенное, чтобы даже среди густого заболоченного леса, оставаться сухим. Темные очертания корявых деревьев вокруг со свисающими с ветвей длинными «бородами» лишайника казались Хенрику тянущими руки мертвецами, которые вылезли из погребальных саванов и обступили забредших сюда живых.

Когда они пересекали открытое пространство, Хенрик увидел, что лежащие повсюду плоские валуны размещались не беспорядочно, но составляли правильные круги. При этом каждый камень покоился на небольшом земляном холмике. Мимо холмиков с камнями они вышли к площадке в центре, посреди которой Терновая Дева начала что-то выводить на земле своим резным посохом. Знаки, которые она выцарапывала на земле концом посоха, выглядели примерно так же, как татуированные символы, покрывавшие все тело епископа Арка.

С середины посоха Терновой Девы свисали на замшевых ремешках переливающиеся синие перья, оранжевые и желтые бусинки и целый набор монет с отверстиями посередине. Хенрику стало интересно, отчего Терновой Деве так нравятся монеты, что она использует их для украшения явно важного предмета? В конце концов, какая польза от денег на Тропе Карга?

Потом он сообразил, что в отличие от прочих людей для нее монеты не имеют никакой денежной ценности. Она забрала их, должно быть, у тех несчастных, что заключены в ловушки в стенах. Блестящие монеты были для Терновой Девы не более чем украшениями, как яркие перья. И те и другие лишь символизировали жизни, которые она забрала.

Пока фамильяры суетились возле чаш, расставленных на полу вокруг Терновой Девы, епископ Арк стоял в стороне, скрестив руки на груди, и кроваво-красными глазами наблюдал за приготовлениями. То и дело какая-нибудь из шести фамильяров косилась в его сторону. Джит — нет. Она спокойно сосредоточилась на своей работе, рисуя элементы сложного символа на грязи в центре крута, образованного чашами.

Делая перерывы в рисовании и негромком пении, она открывала чашу, шарила рукой в темной жидкости и бросала набранную густую грязь в центр рисунка. При этом она непрерывно издавала негромкое гудение.

Терновая Дева подняла посох, вытянув руку к облакам, плывущим над головой, пропела несколько щелкающих звуков, выгнулась и опустила посох поперек нарисованного ею на земле символа.

Символ засветился.