Чужой жених

Визиты сократятся, прогулка по саду станет невозможной, как и чаепитие под тентом у ручья, и всем собравшимся в доме придется проводить время в гостиной за картами и беседой, пусть даже часть из них не выносит друг друга.

Филлис смотрела, как одна за другой отъезжают коляски гостей, и думала о том, что через десять, самое большее, двенадцать дней сюда явится сэр Джон Ризинг. Еще один мазок на картине ее невзгод.

— Пожалуй, в пансионе мне жилось намного лучше, чем теперь, а я-то никак не могла дождаться, когда оставлю его! — воскликнула она, и тут же движение за ее спиной показало ей, что она не одна.

Девушка резко обернулась и увидела мистера Уилтона. Он приблизился к окну, чтобы взглянуть на уезжающих, и не заметил, что за портьерой есть кто-то еще. Теперь же невольное восклицание Филлис выдало ее убежище.

— Простите, я не знал, что вы прячетесь здесь, мисс Найт, — в легкой растерянности мистер Уилтон, похоже, и сам не заметил, что извинился перед Филлис.

— Я вовсе не думала прятаться, — тотчас парировала она. — Я просто хотела немного отдохнуть от вашего тяжеловесного остроумия и болтовни своей кузины.

— Благодарю вас за то, что вы все же признаете меня остроумным, — усмехнулся Уилтон. — Итак, вы, кажется, сетовали на судьбу за то, что вам пришлось уехать из пансиона. Отчего бы это? Здесь вам некем помыкать? Ваша кузина увлечена молодым джентльменом и не склонна быть пешкой в ваших интригах?

— Уж не хотите ли вы занять место этой пешки? — фыркнула Филлис.

— Благодарю покорно! Даже если я буду умирать от скуки, играть роль вашего пажа мне не по силам!

— В таком случае оставьте меня в покое! — Филлис опять не могла сдержаться и говорить с ним с тем презрением, на какое была способна, когда ей докучал неподходящий поклонник. — Что, как не скука, заставляет вас все время спорить со мной?

— Может быть, желание показать всем, какова на самом деле ваша натура?

— Или как благородны ваши устремления — разоблачить зло, заклеймить порок? — Теперь презрительный тон вполне удался Филлис."

"— Я не претендую на роль поборника добродетели, — удалось ли ей смутить или хотя бы задеть его? — Но вы способны причинять зло вашим близким, вы ведь не станете с этим спорить?

— Я вообще не собираюсь с вами спорить, мистер Уилтон, — голос Филлис наполнился горечью, как у актрисы в одной из ее любимых постановок. — Вы ведь сделали выводы о моем характере, еще не встретившись со мной лицом к лицу, не заглянув в глаза, не спросив, что двигало мной в том или ином случае… Прошу простить меня, я должна вас оставить.

Неожиданно резкое окончание фразы, звучавшей горько, едва ли не печально, обескуражило Уилтона.