Чужой жених

Миссис Найт в молодости была очень хороша собой, но тонковатые губы и частое выражение недовольства портило ее лицо, а дочь превзошла мать красотой и умением держаться величественно и в то же время не казаться холодной, бесчувственной статуей.

К сожалению, в гостиной не было никого из джентльменов, чтобы тотчас пасть к ногам прелестной брюнетки или по меньшей мере пообещать ей сорвать все розы в саду миссис Грейстоун и усыпать лепестками путь мисс Найт.

Миссис Найт и миссис Баррит вышивали, миссис Грейстоун дремала на покойном диване в самом темном уголке комнаты. На другом диване сидела ее дочь с двумя своими собачками, а Флора Уилтон пыталась нарисовать подругу, но собачонки все время отвлекали Имоджин, и Флора уже несколько раз начинала работу сначала. Миссис Олдхэм терпеть не могла рукоделие, поэтому развлекала дам чтением вслух последнего романа о приключениях сбежавшей из французского монастыря молодой англичанки, чья мачеха заточила ее туда с целью завладеть состоянием девицы. На взгляд миссис Найт и миссис Грейстоун, роман был из тех, что не стоит читать в присутствии юных девушек, но ни та, ни другая не решались попросить миссис Олдхэм прервать чтение или хотя бы пропускать некоторые сомнительные сцены.

Впрочем, ни Флора, ни Имоджин, увлеченные своими занятиями, почти не слушали миссис Олдхэм, та хоть и читала выразительно, но часто делала паузы, чтобы высказать свое мнение о поступках героев. Как правило, главная героиня удостаивалась прозвищ вроде дурочки или слепой гусыни, а герои мужского пола объявлялись бездельниками и транжирами.

— Вот и ты, дорогая, — вяло произнесла миссис Найт при виде дочери. — А мы тут так мило устроились…

— Я вижу, матушка. — Филлис приветливо улыбнулась старшим дамам, проигнорировав Флору, и присела на диван рядом с Имоджин."

"Собачки тотчас заворчали, они были осведомлены об отношении к ним кузины своей хозяйки, и Имоджин тут же подхватила обеих любимиц на руки.

— Тусси, Милли, идите ко мне, милые, милые мои крошки!

Флора насмешливо изогнула бровь, совсем как ее брат, а Филлис мученически возвела глаза к потолку, всем своим видом показывая, что глупость ее кузины — вещь непреходящая.

Миссис Олдхэм закончила читать главу, гулко рассмеялась над последними строчками о том, как героиня потеряла весь свой багаж на дороге в Сен-Жермен, и повернулась к племяннице, сидевшей у стола рядом с ней.

— Как продвигается твой рисунок, Флора? По-моему, ты перепортила слишком много бумаги, но так и не смогла передать сходство. — Миссис Олдхэм поглядела на рисунок, потом на растрепанную от попыток удержать собак Имоджин.