Чужой, плохой, крылатый

Анна испугалась, что он может её ударить, но сейчас казалось, что он скорее расплачется, такие воспалённые, красные были у него глаза.

— Ригг, ты просто много выпил.

— Считаешь, что если ты королевских кровей, а я простой парень, то тебе всё можно?

— Отче всемогущий, да кто сказал тебе такую глупость? — повысила голос Анна.

— Не ори на меня, — отступая назад, качнулся он. — Никогда не смей на меня орать.

— Ригг, прости, я нечаянно, — резко сменила она тон на спокойный, но твёрдый. — Пожалуйста, давай не будем ссориться из-за всяких пустяков.

— Нет, если ты считаешь, что тебе всё можно, то мне тоже, — развернулся он, словно её не слышал.

— Ригг! — крикнула Анна ему вдогонку.

— Он же, — остановился, развернулся Ригго и пренебрежительно сморщился. — Он же дерёт Оранту каждый день, как козу, — показал он неприличный жест, качнувшись бёдрами к согнутым рукам. — Он же всех, — он показал снова. — Хочешь с ним, да?

— Ригг, ты пьян, — ужаснулась Анна и вдруг увидела, что он плачет. — Ригг, — шагнула она к нему, разведя руки. Бог с ним, с этими его некрасивыми словами и грубостью — так хотелось его пожалеть. Обнять, прижать к себе. — Ригг!

— Что Ригг? Что, Святая Анна? — сплюнул он. Развернулся и пошёл.

— Ах, эти мужчины! — Анна вздрогнула на этот голос и обернулась. Опираясь плечом на дерево, с бокалом в руке, там стояла Оранта. — Эти глупые мальчики. Эти высокомерные мужи. Перед одним местом, — неприлично раздвинула она ноги под юбкой и показала, — все они равны. Мотай на ум, девочка.

Она допила, вручила Анне бокал, ткнув в грудь, и пошла, задрав юбку, словно она мешает ей идти.

Всё это походило на какой-то дурной сон. Нелепый, вязкий, но бессвязный.

Бежать за Риггом? И хоть очень хотелось, он её сейчас всё равно не услышит. Да и пошёл, наверно, домой спать."

"Вернуться на праздник? Что-то ей и так не веселилось, а теперь и подавно расхотелось.

— Мина? — заметила она стоящую там же, где недавно стояла коронесса, девушку, только с другой стороны от дерева.

— Сьерита Анна, — кивнула та, — пойдёмте домой. Не слушайте вы эти пьяные разговоры. Они пустые, дурные, грубые. — И уговаривала по дороге: — я вам молока тёплого принесу. И ваше рукоделие. Камин разожгу. Да дров подкину побольше, ночи ныне холодные. А попросите, так буду петь.

— У тебя же все песни неприличные, — улыбнулась Анна.

— Не все, — улыбнулась Мина и тихонько затянула: — Хорошо, как рыбка, какать под водой… Хорошо, как кролик, какать лебедой… Хорошо, как кошка, какать втихаря…

— Хорошо коровам какать не за зря, — подпела ей Анна.

— Хорошо, как дятел, какать и стучать, — уже не пропела, а сказала Мина, открывая дверь, и добавила тихо: — Плохо только людям, если нечем срать…

Глава 12. Бесс

И зачем только он отвлёкся на проклятого Марлока.