Солдат чужой войны

Чтобы узнать, чем вызвано такое поведение корабля и не агония ли это, доктор поднялся со своего места и, держась за стену, добрался до незнакомца.

– Прошу прощения, офицер, вы не объясните мне, почему корабль постоянно меняет курс?

«Штурман Биркос», как было написано на табличке, повернул к Преллису свое побелевшее лицо, внимательно посмотрел на доктора и только потом ответил:

– Мы обходим очаги особенно сильных воздушных боев… С орбиты пилот получает предупреждение и начинает маневрировать…

– А простите, где вы получили ранение? – полюбопытствовал Флойд. Штурман был урайцем, и Преллису хотелось узнать о нем подробнее.

– Осколки попали в кабину, – нехотя ответил штурман, глядя в иллюминатор. – Четверых членов экипажа убило. Остались только я да командир… Половину аппаратуры снесло…

– Так в кабине сейчас всего один человек?

– Да, – устало кивнул штурман. – Сейчас отдышусь и тоже пойду – командиру одному сложно.

– В кабине, что же – очень душно? – задал Преллис глупый вопрос.

– В кабине четыре изуродованных трупа, и все стены до потолка в крови, да еще все это залито застывшей аварийной пеной, так что наших товарищей придется извлекать по кускам… Еще рассказывать?

– Нет, не нужно, – закрылся рукой Преллис.

– Ну, тогда я пошел.

Штурман поднялся и, покачиваясь от тряски, достиг технических помещений и скрылся за дверью.

Доктор снова выглянул в иллюминатор и довольно далеко увидел клубок из черных точек, которые словно мошкара хаотически двигались во всех направлениях, испуская при этом красивые разноцветные огоньки. Огоньки бежали длинными цепочками или отдельными шариками, а потом расцветали диковинными цветами.

«Может, ботаника позвать? Пусть порадуется», – горько подумал доктор и зарекся летать в подобные командировки. Раньше он наносил визиты только на те планеты, где, по крайней мере, полгода не происходило военных действий.

Корабль снова сделал разворот влево и совсем перестал набирать высоту, двигаясь только горизонтально.

Внизу показался океан, и Преллис невольно залюбовался величием морской стихии. Лишь только пятна белоснежной пены, происхождение которых было непонятно, нарушали целостность свинцовой поверхности океана.

– Они оттесняют нас к океану! – сказал кто-то у доктора над ухом. Он повернулся и увидел сельхозразведчика Бутвальда.

– Зачем к океану? – автоматически спросил Флойд.

– Вы видите эти белые пятна на воде?

– Это места пуска зенитных ракет «лингер»… Бьют, сволочи, прямо по орбите.

– Кто же их запускает? – удивился доктор Преллис.

– Подводные линкоры примаров. Их в океане не меньше тысячи, и это почему-то оказалось сюрпризом для наших вооруженных сил.

В голосе Бутвальда прозвучало неприкрытое разочарование.