Мама для чужого сына

Я смотрю на Джо, и все, что приходит на ум – песня Мари Краймбрери «Океан»…

н

– Добро пожаловать в школу дикторов Виктории Боровицкой! – торжественно объявляет Тихон, когда я заканчиваю петь. Мое тихое трогательное «спасибо» тонет в громких аплодисментах. Корабль настроения еще сильнее качается на волнах сомнений, бьется о берег неуверенности и страха. Того гляди, вовсе разобьется… Но я держусь… Улыбаюсь любимому, благодарю Тихона за возможность обучаться в одной из самых лучших московских школ дикторов, радуюсь вместе с Улечкой, гуляю по Питеру, впитывая атмосферу города, разбавляя ею собственные дурные предчувствия.

Мы возвращаемся в Москву поздним вечером. Джо не отлипает от меня – обнимает, держит за руку, успокаивает. Ничего не могу поделать с собой – озираюсь по сторонам, ожидая увидеть выскочившего из-за угла Иосифа Казанцева. Или Виктора, притаившегося в подъезде… Все дни я провела в чудовищном напряжении. Готова ли я к встрече с прошлым? Ожидание мучит меня куда больше, чем предполагаемая встреча.

– Поедем ко мне, Энджи? Забирай вещи и сегодня же переезжай, – решительно произносит Джо, когда мы ступаем на московскую землю.

– Нет, Джордан. Пока я не разберусь со всем… Да и ты… И твои родители, они ведь против меня? – отвечаю надломленным голосом.

– И что? Твои тоже против. Лика, не глупи, поедем ко мне?

Я соглашаюсь. Обещаю Улечке не опоздать на работу и еду в квартиру Джордана.

Ворую у судьбы еще одну ночь счастья, представляя, что так будет всегда… Я, он и наши дети. И никого вокруг – непонимающих родителей, бывших, Мии и желтой прессы. Никого – только мы – счастливые и любящие.

Я впервые готовлю Джордану завтрак: жарю яичницу-глазунью, нарезаю сыр и огурцы, варю кофе. Принимаю его благодарность и порцию страстного обжигающего секса прямо на кухне.

– Я люблю тебя, Энджи… Когда ты уже успокоишься? Ты веришь мне?

– Д-да…

– Неуверенно звучит. Одевайся, поедем к Хапаеву – юристу Осборнов. Он составит заявление на развод. Имущество не трогай, не нужно оно тебе. – Погрустнев, поизносит Джо. – Ты можешь развестись без согласия Виктора.

– Знаю. А имущество… Я и не собиралась. Мне нужно сначала на радио. Меня ждет Идея и…

– Когда ты сможешь приехать? – тронув мою щеку подушечками пальцев, ласково спрашивает Джо.

– После обеда.

– У меня тоже сегодня сумасшедший день. – Качает головой Джордан. – Приезжай, пообедаем вместе."

"Он надевает костюм и белую рубашку, целует меня на прощание, оставляя хрупкое ощущение покоя. Оно живет совсем немного времени – ровно до того момента, пока я сама не покидаю квартиру Джо. Принимаю душ, пью чай и выпархиваю на улицу, торопливо застегивая пуговицы весеннего плаща. Меня останавливает грубая хватка… Локоть сжимается, словно тисками.