Чужими мы (не) стали (СИ)

Ради дочери. Ради воспоминаний прошлого. Ради уважения к себе самим. Со временем не осталось злости, ни желания чего-то доказывать. Одна тайна на двоих, и зарытый секрет в нижнем ящике стола.

12.

Странно, как все может поменяться в один миг Семейные тайны, о которых Маша совсем не догадывалась, свалились сверху как снежный ком. Хотелось втащить кому-нибудь так, чтобы зубы повылетали. И себе дать по лицу за невнимательность, наивную простоту. За то, что не очнулась, пропустила сигналы.

А. они были. ОЙ, как были!

Формальные фразы от отца: «Доброе утро, семья» и «спокойной ночи» с добродушной маской на лице, которая не вязалась с печалью в глазах. Уклончивое: «Маша, ты когда-нибудь все поймешь» на самый простой вопрос, какой может задать девочка в седьмом классе: «Пап, если ты любишь маму, почему не целуешь?»

Любое умалчивание имеет свою цену Да. Сердце у папы забарахлило, оно отказывалось понимать: зачем эта ложь, когда в груди совершенно другое.

Оказывается, есть вещи, о которых не говорят вслух. Подобные истории не рассказывают с места в карьер. От нее тщательно скрывали, прятали... До поры до времени? Ведь отец зачем-то хранил эти письма, изобличающие неприглядную правду семьи Голубевьх.

«Зачем, папа? Для кого?» — ей никто не ответит. Есть ли свидетели его позора? Та самая женщина из писем — Валентина Разгуляева.

Мария порылась в интернете, набивая снова и снова дурацкое имя. Выскочило несколько страниц в социальных сетях. Но, одна по возрасту не подходила, а другая была закрыта настройками конфиденциальности. Пока Маша ковырялась, ей умный алгоритм выбросил контакт — Кирилл Разгуляев, шестнадцать лет.

Омская область, село...

«Тактактак» — ухватилась Маша за «ниточку», рассматривая фотку парня в кепке. Качество было хреновое, замыленное. Не разглядеть толком черты лица.

Подросток щурится как китаец на солнце, восседая верхом на мопеде. За ним фоном сельская местность: какое-то поле. В кадре часть коровы и деревянный забор. Картинка была единственным кадром. Остальное — мемные глупые слайды.

И отметка «был сети час назад».

Маша почесала кончик носа и нажала «добавить в друзья»."

"Вторым ее шагом стало заполнение заявления на госуслугах. Миссия, где из выполнимого оплата госпошлины и вопросики: «Вы уверены? Если «да», нажмите «продолжить». Маша была уверена на все сто процентов. С мужем у нее — все. В браке у матери и отца было хотя бы уважение. А у них что? После пренебрежительного корчинья рожи Маркса, ее уже ни в чем не убедить. Муж показал свое истинное отношение. Маша для него: кислая, нудная, скучная.

Пусть остается там, где легко и весело. Дают с разбегом, имея обручальное кольцо на пальце. Риэлторша, блин.

— Да, рыженький? — тепло отозвался друг отца Нияз Буров. — Я уже вернулся.