Чужестранка. Книги 1-14

За лейкой последовал град других предметов и шквал бессвязной, абсолютно не женской ругани, перемежаемой вскриками, похожими на свист закипающего чайника. Чашка с кислым молоком пролетела мимо, но от колен до груди выпачкала его сывороткой и творогом."

"Он едва не засмеялся от изумления, но тут Лири схватила стоявшую у сарая мотыгу и пошла на него. Угроза была нешуточной, и он, уклонившись, схватил Лири за запястье и выкрутил его, заставив бросить мотыгу. Завизжав, словно банши, она хлестнула его другой рукой по лицу, попав по глазам. Он перехватил и эту руку, прижав пинающуюся, вырывающуюся и извивающуюся, словно змея, Лири к стене сарая.

– Прости! – кричал он ей в ухо, пытаясь перекрыть ее вопли. – Прости меня! Слышишь? Я прошу у тебя прощения!

Он был так занят, что не слышал происходящего вокруг. От чудовищного удара по голове у него потемнело в глазах, он качнулся, увлекая за собой Лири, и рухнул наземь. Лири упала на него, и он крепче ее обнял, чтобы она снова в него не вцепилась. Он яростно заморгал, пытаясь рассмотреть хоть что-то сквозь пелену слез.

– Отпусти ее, сын дьявола!

Мотыга бухнула о землю рядом с его головой, и он перекатился по грядкам, не отпуская Лири. Неровные шаги, тяжелое дыхание – и мотыга снова опустилась, пришпилив к земле его рукав и порезав руку.

Не обращая на это внимания, Джейми откатился от Лири, вскочил на ноги и бросился на искалеченного слугу, который, скривив от усилия узкое лицо, уже заносил над ним мотыгу.

Джейми боднул его в лицо – раздался хруст – и успел еще ударить кулаком в живот, прежде чем они упали на землю. Он оказался сверху и продолжать бить мужчину, вымещая злость. Мужчина крякал, всхлипывал и издавал булькающие звуки, Джейми собрался было дать ему напоследок по яйцам и лишь сейчас ощутил, что Лири молотит его по голове руками, плачет и визжит:

– Отпусти его! Отпусти, отпусти, отпусти! Во имя Брайд, не убивай его!

Джейми замер, тяжело дыша и чувствуя себя полным дураком. Избить увечного, который всего лишь защищал свою хозяйку, вести себя с женщиной, словно последний негодяй, – господи, да что с ним такое? Он слез с мужчины, подавив желание извиниться, и неуклюже поднялся на ноги.

Он собирался помочь бедняге встать, но его опередила Лири – с плачем упав на колени, она обняла мужчину и помогла ему сесть. Узкая мужская голова легла ей на грудь, а Лири гладила и ощупывала ее, бормоча имя – кажется, Джоуи – и не обращая внимания на кровь, текущую из расквашенного носа.

Джейми стоял, покачиваясь, и глядел на развернувшееся перед ним действо. С пальцев капала кровь, а порезанную мотыгой руку саднило. Что-то ожгло глаз, стерев это, он обнаружил на лбу кровь – видимо, Джоуи невольно укусил его, когда Джейми боднул слугу головой в лицо.