Чужестранка. Книги 1-14

Ролло немного расслабился, однако продолжал неслышно для человеческого уха, низко и раскатисто рычать – Йен ощущал, как вибрирует под его рукой огромное тело пса.

Теперь, окончательно придя в себя после сна, он без труда уловил движение в лесу, приглушенное, но такое же ощутимое, как рычание Ролло, – это просыпались люди, много людей, устроивших лагерь где-то неподалеку. И как он только не заметил их прошлым вечером? Йен глубоко вздохнул, но запаха дыма не уловил. Впрочем, теперь он этот дым видел – тонкие струйки поднимались в бледное рассветное небо. Много костров. Очень большой лагерь.

Через несколько секунд, закинув за спину скатку, взяв в руки ружье и приказав Ролло идти рядом, он исчез в подлеске.

Глава 51. Наступление англичан

3 июля 1777 года, гора Три мили, колония Нью-Йорк

Темное пятно пота между широких плеч бригадного генерала Фрэзера формой походило на очертания острова Мэн, каким он был изображен на школьной карте там, дома. Мундир лейтенанта Гринлифа пропитался потом и почернел от грязи, лишь на выцветших рукавах виднелся красный цвет. Мундир Уильяма был не такой блеклый – наоборот, огорчительно новый и яркий, однако точно так же облегал плечи и спину и отяжелел от выделяемой его телом влаги."

"Генерал приказал взойти на гору. Уильям надеялся, что там будет прохладней, но усилия, потраченные на восхождение, свели на нет все преимущества высоты. Из лагеря вышли на рассвете, воздух тогда был восхитительно свеж – Уильяму даже захотелось пробежаться по лесу голым, словно индеец, поудить в озере и съесть на завтрак с десяток рыбешек, поджаренных в панировке из кукурузной муки, свежих и горячих.

Гора называлась Три мили, потому что находилась в трех милях к югу от форта Тикондерога. Бригадный генерал, командующий передовым отрядом, решил влезть повыше и оглядеться, взяв с собой Уильяма и инженера лейтенанта Гринлифа.

Уильяма приписали к отряду неделю назад. Командир ему понравился – добродушный и общительный, но совсем в ином ключе, чем генерал Бергойн. Впрочем, Уильяма мало заботил его характер. Он будет на передовой – только это имело значение.

Он нес кое-что из снаряжения инженера, а также две фляги с водой, помог установить треножник для осмотра местности и время от времени удерживал измерительную рейку. Наконец разведка была окончена, необходимые записи сделаны, и генерал, все обсудив с Гринлифом, отослал того обратно в лагерь. Разобравшись с делом, медленно прошелся туда-сюда, явно наслаждаясь ветерком, затем сел на камень, открыл фляжку и с наслаждением напился.

– Сядь, Уильям, – велел он, указав на камень рядом с собой.

Какое-то время они сидели молча, слушая лесной шум.

– Я знаю твоего отца. Полагаю, тебе многие это говорят.

– Вообще-то, да.