Чужестранка. Книги 1-14

Это возмутило раненых, которые считали подобное использование хорошего напитка расточительством. Огонь в камбузе потух во время сражения, и я поняла, что пройдет некоторое время, прежде чем у меня появится горячая вода.

– Вы патриотка, мэм? Простите за любопытство, – добавил Эйбрам, краснея от неловкости.

Вопрос застал меня врасплох. Простым ответом было бы: «Да, конечно». Ведь Джейми был мятежником, о чем сам и заявил. И хотя первоначально он сделал признание из-за простой необходимости, я подумала, что сейчас необходимость становилась убеждением. Но я? Конечно, когда-то была.

– Да, – ответила я. А что еще я могла сказать? – А ты явно патриот, Эйбрам. Почему?

– Почему? – Его, казалось, поразило, что я спрашиваю об этом, и он застыл, глядя на меня поверх фонаря, который держал в руке.

– Расскажешь позже, – предложила я, забирая фонарь.

На палубе я сделала все, что могла, и раненых, которым требовалось мое дальнейшее внимание, спустили вниз. Сейчас не было времени для политических дискуссий. Или так мне казалось.

Эйбрам отважно взялся мне помогать и делал это довольно хорошо, хотя время от времени ему приходилось прерываться и блевать в ведро. После второго приступа рвоты он принялся расспрашивать раненых – тех, кто мог отвечать. Не знаю, делал ли он это из простого любопытства или пытался отвлечься от кровавых манипуляций.

– Что вы думаете о революции, сэр? – серьезно спросил он у седого моряка с раздробленной ногой. Тот был из команды «Питта».

Моряк бросил на него недовольный взгляд, но ответил – наверное, для того, чтобы отвлечься самому.

– Чертовски пустая трата времени, – хрипло проговорил он, впившись пальцами в край сундука, на котором сидел. – Лучше воевать с «лягушатниками», чем с англичанами. Что с них возьмешь? Господи боже, – бледнея, пробормотал он себе под нос."

"– Эйбрам, дай ему что-нибудь, чтобы он зажал зубами, ладно? – сказала я, собирая воедино раздробленные кусочки кости и раздумывая, не будет ли лучше для раненого, если я проведу быструю и легкую ампутацию. Пожалуй, она уменьшит риск заражения, а он в любом случае навсегда останется хромым… Но все равно я ненавидела ампутации…

– Нет, все в порядке, мэм, – сказал раненый, всасывая воздух. – А ты, парень, что думаешь?

– Я думаю, что это правильно и необходимо, сэр, – решительно ответил Эйбрам. – Король – тиран, а все добрые люди должны бороться с тиранией.

– Что? – потрясенно произнес моряк. – Король – тиран? Кто тебе сказал такую чушь?

– Ну как же… Мистер Джефферсон. И… и все мы! Все мы так думаем! – заявил Эйбрам, ошеломленный таким ярым расхождением во мнениях.

– Что ж, тогда вы все – сборище олухов, не при вас будет сказано, мэм, – добавил седой моряк, кивнув мне.