Чужестранка. Книги 1-14

Я задержалась, чтобы пожелать ему спокойной ночи и поблагодарить за то, что он взял меня в часовню.

— Это было… успокаивающе, — попыталась я подыскать правильное слово.

Он кивнул, глядя на меня.

— Oui, madame. Так и есть. — Я повернулась к двери, и тут он произнес: — Я сказал вам, что Святые Дары не остались в одиночестве, потому что там были вы. А что насчет вас, mа chere? Вы были в одиночестве?

Я замерла и какое-то время смотрела на него, прежде чем ответить.

— Нет, — сказала я. — Не была.

Глава 39

Умилостивление, что выкупит душу человека

Поутру я, как обычно, пошла проверить, как там Джейми, в надежде, что он хоть немного позавтракал. Но перед его комнатой из ниши в стене вышел Муртаг, перекрыв мне дорогу.

— В чем дело? — резко спросила я. — Что случилось?

Сердце мое сильно заколотилось, а ладони внезапно вспотели.

Должно быть, то, что я впала в панику, было очень заметно, потому что Муртаг затряс головой."

"— Нет, с ним все хорошо. — Он пожал плечами. — Ну, не хуже, чем обычно. — Подхватил меня под руку и повел назад по коридору. С мгновенным потрясением я сообразила, что Муртаг впервые сознательно прикоснулся ко мне, и его рука на моей была легкой и сильной, как крыло пеликана.

— Так что с ним случилось? — требовательно воскликнула я. Непроницаемое лицо маленького человечка, как всегда, ничего не выражало, но в уголках глаз собрались морщинки.

— Он не хочет тебя видеть, — ответил он. Я резко остановилась и вырвала свою руку.

— Почему?

Муртаг замялся, словно подбирая нужные слова.

— Ну… просто… он решил, что тебе лучше оставить его здесь и вернуться в Шотландию. Он…

Больше я ничего не услышала, потому что грубо оттолкнула его и бросилась бежать.

Тяжелая дверь закрылась за мной с приглушенным стуком. Джейми дремал, лежа на животе. Он был в короткой ночной рубашке послушника, не прикрыт одеялом. Жаровня в углу уютно согревала комнату, хотя слегка дымила.

Когда я прикоснулась к нему, он отчаянно дернулся. Глаза, еще подернутые дремотой, глубоко запали, а лицо оставалось во власти сновидений. Я взяла его руку своими, но он выдернул ее и с выражением отчаяния закрыл глаза и зарылся лицом в подушку.

Стараясь не показывать своего беспокойства, я подтянула табурет и села у изголовья.

— Я не буду касаться тебя, — произнесла я, — но ты должен со мной поговорить.

Джейми несколько минут лежал неподвижно, ссутулив плечи, словно защищаясь от меня. Наконец он вздохнул и сел, медленно и мучительно, опустив ноги с кровати.

— Ага, — бесцветно произнес он, не глядя на меня. — Ага, думаю, что должен. Я должен был сделать это давно, но все трусил, надеялся, что обойдется. — В голосе звучала горечь, он не поднимал голову, зажав руки между коленями. — Я никогда не считал себя трусом, а все-таки я трус.