Чужестранка. Книги 1-14

 – Я подумал… А, неважно, что я подумал, но все-таки пошел. И попросил его позаботиться о моей жене и парнишке. – Том медленно выдохнул. – Вот он и позаботился…

– Понятно, – пробормотала я еле слышно.

Том резко обернулся, сверкая глазами.

– Он не виноват! Мона была ведьмой, колдуньей!.. Не верите? Это правда! Сколько раз я ее ловил! Однажды в полночь застал на крыше дома: стояла раздетая догола в центре пентакля, нарисованного кровью голубки; распущенные волосы развевались на ветру…

– Волосы… – Я пыталась уцепиться хоть за какую-то ниточку и вдруг поняла. – У нее были такие же волосы, как у меня, да?

Он кивнул, не глядя.

– Она была… тем, чем была. Я пытался спасти ее – молитвой, любовью… Не смог.

– Что с ней стало? – спросила я, стараясь не повышать голос. Вряд ли нас кто-то слышал – дул свежий ветер, и все же такие вещи не для чужих ушей.

Том снова сглотнул.

– Повесили, – ответил он почти безразличным тоном. – За убийство моего брата.

Видимо, это случилось, пока Том сидел в Ардсмуре: перед казнью она передала ему весточку о рождении Мальвы и о том, что вверяет детей заботам жены Эдгара.

– Наверное, решила позабавиться, – предположил он слегка отрешенным тоном. – У Моны было странное чувство юмора.

По спине побежали мурашки, и я инстинктивно обхватила себя руками.

– Но вы получили их обратно – Алана с Мальвой?

Том кивнул. Его перевели в другое место, и там ему повезло: один богатый и добрый человек выкупил Тома в кабалу и дал денег на вывоз детей в колонии. Затем разразилась эпидемия желтой лихорадки; хозяин умер, а за ним и жена, которую Том взял себе в тех краях. Помыкавшись в поисках возможностей, он прослышал о поселении Джейми Фрэзера в Северной Каролине: дескать, тот помогает осесть людям, которых знавал в Ардсмуре.

– Лучше б я себе горло перерезал, ей-богу! – воскликнул вдруг Том.

Похоже, он говорил совершенно искренне. Я не знала, что на это ответить; впрочем, ответа и не требовалось.

– Девчонка… Ей было лет пять, не больше, но в ней уже чувствовалось это… лукавство, недобрая, темная сила.

Он изо всех сил пытался спасти теперь уже дочь, выбить из нее дух злонравия, укротить дикость, помешать ей опутывать мужчин губительными чарами.

– И мать такая же была. – Том поджал губы при воспоминании. – Любого мужчину… На них лежало проклятие Лилит.

В желудке ощущалась противная пустота.

– Она ведь ждала ребенка…

Он побледнел еще больше, однако голос оставался тверд.

– Ждала, да. Не вижу худа в том, чтобы избавить мир еще от одной ведьмы.