Чужак из ниоткуда

Мы съехали с бетонки на просёлочную дорогу, Роман лихо подкатил к бараку, изо всех сил изображающему собой аэропорт, и остановился.

Теперь я увидел, что биплан не нов. Облупившаяся кое-где зелёная краска (Создатель, как же здесь всё-таки любят зелёную краску!). Вмятина на пассажирской двери. Длинная, кривая, небрежно закрашенная царапина на корпусе.

Я вспомнил родной космопорт в столице Гарада — Новой Ксаме. Идеально ровные и гладкие керамлитовые площадки грузовых и пассажирских стартов до горизонта, со сложной системой коммуникаций, причалов, энерговышек, обеспечивающих потоки энергии для наземных колец гравигенераторов и прочих нужд. Белые параллелепипеды и полусферы складов. Гигантские, переливающиеся на солнце всеми цветами радуги кристаллы космопорта, словно вырастающих друг из друга. Разноцветный рой гравикоптеров над ними. Замершая на ближайшем старте изящная громада грузопассажирского космолёта, совершающего регулярные рейсы Гарад-Цейсан[23].

— Ну и… рундук, — невольно вырвалось у меня. — Мам, ты уверена, что эта штука способна подняться в воздух?

— Отличный самолёт, — уверил меня Роман. — Откуда хочешь взлетит и где хочешь сядет. Маленький да удаленький. Можешь мне поверить.

— Рома прав, — подтвердила мама. — Я на таких много раз летала. Потряхивает, конечно, и вообще, но всё равно гораздо быстрее, чем на поезде. Полтора часа, и ты в Марах. Там сразу пересядешь на Ан-24…

— Ма, я помню…

— Слушай и не перебивай мать. Знаю, что помнишь, но повторить никогда не мешает. Значит, на АН-24 ещё два с лишним часа до Ташкента. Ну а там на автобус и в Алмалык. Час с небольшим автобус идёт, насколько я помню. Погода хорошая никаких задержек быть не должно.

Мама оказалась права. Вскоре объявили посадку. Я попрощался с ней и младшим сержантом (сестра Ленка осталась дома, а папе нужно было на службу, поэтому с ними я попрощался раньше) и полез в алюминиевое нутро Ан-2. Чемодан поставил в хвосте, среди других чемоданов и сумок (был даже один холщовый мешок), сел в кресло у иллюминатора, пристегнулся."

"Самолётик вмещал двенадцать человек пассажиров плюс два человека экипажа. Все заняли свои места, дверь закрыли, взревел мотор, Ан-2 вырулил к началу взлётного поля и начал разбег. Потом оторвался от земли и пополз в небо.

Я смотрел в иллюминатор на проплывающие под крылом зелёные сопки, которые вскоре сменили охристые пески пустыни и думал о том, как быстро человек (или силгурд, разницы нет) ко всему привыкает. Совсем недавно я очнулся в слабом умирающем теле тринадцатилетнего подростка на другой планете. И что же? Прошло каких-то три с половиной земных месяца, и вот я — он. Его тело — моё тело, я слился с ним, научил его почти всему, что умел взрослый силгурд Кемрар Гели с планеты Гарад.