Чужак из ниоткуда

А вот два года — это оптимальный вариант. Мне будет пятнадцать. Да, организм ещё вовсю растёт, но основные гормональные бури уже позади. Можно начинать взрослую жизнь. Если ещё за это время собрать действующий прототип антиграва и суметь заинтересовать в нём военных, будет совсем хорошо.

Дома я разделся, поставил книги на полку и взялся за учебники.

«Алгебра».

«Геометрия».

«Физика».

«География».

«Биология».

«Русский язык».

«Литература».

«История средних веков».

Все за шестой класс, конечно же.

Памятуя о том, что перегружаться не нужно, внимательно, не торопясь, изучил первые четыре. По часу на каждый.

Н-да, примитив. Какие там полгода! На сегодня хватит, пожалуй, хотя я и не устал, но завтра уже закончу с шестым классом, можно сдавать экзамены экстерном. Значит, два дня.

Положим три дня на седьмой класс.

Расщедримся и возьмём четыре на восьмой.

Проявим неслыханную расслабленность и дуракаваляние и определим неделю на девятый.

На десятый, так и быть, две недели.

Что получается?

Два плюс три плюс четыре плюс семь плюс четырнадцать. Добавим два выходных. Нет, три. Итого: тридцать три богатыря. То бишь дня. Чуть больше месяца, чтобы полностью усвоить школьную программу. Н-да. Никому об этом не говори, хе-хе. Кстати, о школьной программе. Откуда выплыли эти богатыри?

…В чешуе, как жар горя,Тридцать три богатыря,Все красавцы удалые,Великаны молодые,Все равны, как на подбор,С ними дядька Черномор.«Сказка о царе Салтане», Александр Сергеевич Пушкин, великий русский поэт. Надо будет ознакомиться получше, того, что сейчас в памяти Серёжи Ермолова, маловато. Стихи великих поэтов много говорят о стране, в которой они родились и выросли. К тому же я люблю хорошую поэзию, грешен.

Пообедал, пятнадцать минут полежал, полностью расслабившись и очистив голову от мыслей, переоделся и побежал на спортплощадку — размяться.

Сегодня в это время там никого не было."

"Я сделал три круга с резкими ускорениями, затем размялся на ходу (прыжки, наклоны, растяжки), перешёл на слайт-ходьбу и, когда почувствовал, что достаточно разогрелся, запрыгнул на брусья. Отжался несколько раз с махом назад и вперёд. Потом не выдержал и немного похулиганил — вышел на стойку на руках; прошёлся по брусьям; перекатился через голову на плечи, вышел снова на руки с махом назад, красиво спрыгнул.

Эх, хорошо!

Теперь — на турник.

— Ермолов! — позвали откуда-то сбоку.

Повернулся.

Старая тучная женщина в тёплом длинном зеленоватом пальто и серой пуховой шали смотрела на меня, стоя у входа на спортплощадку. Подняла руку, поманила пальцем:

— Иди-ка сюда.

Я подошёл, на ходу вспоминая, кто это.

Ну конечно! Марья Сергеевна, старейшая и в своём роде легендарная учительница арифметики и математики.