Чужая жизнь

— Да везде! — крикнула, показывая внизу, где всё болело от трения. — Верёвка больно впивалась.

Я взвизгнула, он меня усадил на спинку дивана, раздвинул ноги и, сдвинув ткань трусиков, стал языком снимать ноющую боль. Я вцепилась ему в волосы, закидывая голову.

Озабоченный он. Ну вот кто так наказывает? Ну кто?

Тамино бродил вдоль окна своего кабинета пытаясь понять то, что увидел на станции «Астрея». Он прилетел за своей женой, которая встречалась на станции со своим любовником, так как терпение у Алиаса лопнуло. Просто как-то раз вошёл в спальню детей, уложил сначала дочь, затем сына и осознал, что так больше продолжаться не может.

Дети с каждым днём становились всё взрослее и понятливее. Дом был полон манаукцев, но дети постоянно чувствовали себя одинокими. Им не хватало внимания отца и любви матери. Тамино осознал, что в Берте нет любви. Она любила только себя. Не детей, не его, а только себя и деньги.

Проследить, где пропадает жена, он мог легко, но не хотел. Ему и так стало всё понятно. Любовь в нём не угасала. Он влюбился в яркую блондинку, как только увидел. Янарат отговаривал, но Алиас не мог насмотреться на стройную дерзкую и раскованную Берту, которая сама к нему подошла и пригласила на танец.

Может, виноват менталитет, может, вбитые с детства правила. Он сам не понял, как угодил в цепкие коготки маленькой бестии. Она вскружила ему голову, и он, проживший на Новомане холостяком всего два года, вновь оказался во власти женщины. Пусть законы были иными, и женщина должна была подчиняться мужчине в новом для альбиносов мире, но этот же закон и привязывал мужчин к избранницам, обязав содержать их, оберегать, пока она сама не захочет разорвать узы брака.

А Берта о разводе не помышляла. Она жила на полную катушку, пренебрегая своими обязанностями, как жены, так и матери. Притворялась прилежной женой на людях, на раутах. Искала знакомства с высокопоставленными гостями, и больше её привлекали унжирцы. Хотя кого свободные мыслители не привлекали? Берте нравилась светская жизнь, но и ночная её манила не меньше. У неё было много знакомых, и вскоре раскрылась истинная личина яркой блондинки. Её все знали как хищницу, которая рыскала в поисках сплетен и тайн, передавая их потом таким же, как она, товаркам. Она знала о личных жизнях самых важных персон, но и свою не скрывала.

Она изменяла Алиасу, и он знал это. Это был не один мужчина, а каждый раз новый. Берта перелетала от одного к другому, ища что-то, ведомое лишь ей. Она не раз предлагала манаукцу секс втроём, но получала строгий отказ. Алиас наказывал её, запирал дома, но долго не мог выдержать стенаний и истерики жены и отпускал её.