Невероятная очевидность чуда

Но оба они, пусть и занятые важными делами-разговорами, понимали и чувствовали, что что-то такое, какая-то незримая трещина-полоса пролегла между ними, останавливая ту тонкую связь доверия и откровенности, что плелась и ткалась прекрасной, чувственной паутиной между ними.

Усилилось это ощущение и еще одним моментом, когда Ева, заглянув в кабинет к допоздна засидевшемуся за ноутбуком Павлу, пожелала ему спокойной ночи исключительно выдержанным дружеским тоном, без какой-либо эротической краски, и отправилась спать в свою комнату, не пригласив его с собой.

Ну а Орловский…

Ева проснулась в полной, бескомпромиссной темноте, которую всегда ценила в Калиновке именно за эту ее конкретную темень, в которой отпадала необходимость мастырить на глаза маску, чтобы избавиться от так называемого эффекта светового шума, сопровождавшего жизнь всякого человека в большом городе.

Но эта темень-тьмущая, дарившая раньше благо уставшему организму, из помощницы и спасения превратилась в предательского врага в тот момент, когда сон Евы был прерван жестким и безжалостным образом из-за того, что кто-то невидимый и страшный, навалившись на ее грудь плечом и придавив к кровати, зажал ей рот большой сильной ладонью…"

"Видимо, в этот момент Ева находилась в так называемой глубокой фазе сна, потому что, похолодев от ужаса, она вдруг осознала, что не в состоянии шевельнуть ни рукой, ни ногой. Тело, словно парализованное, не подчинялось никаким приказам, и жесткая, дикая паника начала затоплять ее мозг от ужаса и ощущения полного бессилия, а сердце колотилось так, что Еве казалось, оно сейчас пробьет грудину…

Внезапно не пойми из каких глубин ее сознания или даже подсознания выскочило воспоминание об одной научной лекции, которую она прослушивала бог уже знает сколько лет назад, где сомнолог, то бишь специалист по сну, рассказывал о беспомощном состоянии парализованного сном тела и советовал, если вы проснулись в такой вот момент, для «разблокировки» организма начать активно вращать глазами, что вызовет быструю «разморозку» лицевых мышц, после чего следует активно корчить рожи, работая этими самыми лицевыми мышцами, и уверял, что следом за этим упражнением тело выйдет из сонного паралича достаточно быстро.

Все, что могла сейчас делать Ева, это невероятным волевым усилием, преодолевая и отодвигая душившую всякую разумную мысль панику на задний план, сильно сопеть и вращать этими самыми своими глазами.