Притворись, что мы вместе

Говорила за него тоже она, что в целом облегчало задачу, так как анамнез оказался изложен во всех деталях без остановок и мучительных воспоминаний и за три минуты. В конце квинтэссенция:

– Доктор, уже три недели болеем. Участковый четыре раза приходил. То одно, то другое. Антибиотики пьем десятый день, а толку нет.

Сначала надо было как минимум послушать легкие, для осуществления чего мне пришлось отойти в уголок смотровой и как следует высморкаться. Мужичок при моем приближении с фонендоскопом немного напрягся.

– А что это вы, доктор, сами болеете? Как это так? Доктор не имеет права болеть, он должен быть всегда здоров.

Мой запас терпения на сегодня был исчерпан:

– Вы так думаете? Получается, мы не люди?

– Да нет, что вы! Я не про это.

– Ну, это так просто… это я пошутил.

Мужик растянул губы в дурацкой улыбке, оголив ряды ужасно прокуренных зубов. Легкие его тоже звучали страданием, как и челюсти: звук был пустой и немелодичный, с резким свистящим аккомпанементом, а на верхушке справа пропадал совсем.

– Да лет с семнадцати.

Жена опять продолжила за него:

– Ой, да что только не делали! И таблетки, и пластыри, и кодировали – ничего не помогает. Курит, и все. Кашляет по утрам страшно.

– Понятно, понятно. Ну, ничего, сейчас сделаем снимок, а там решим.

Парочка удалилась в рентген-кабинет: она впереди, а он по привычке за ней.

Размышления были прерваны полученным рентгеновским снимком: на верхушке справа было что угодно, но только не пневмония.

Решено и сделано – через десять минут мужик и его жена отправились в инфекционный корпус. В час спустился Славка из оперблока, уселся на постовом стульчике и стал наблюдать, как я дописываю карточки.

– Мадам, это невыносимо – слушать ваш насморк.

– Ну и не смотри. Найди кого покрасивше.

Люся тут же вступила в дебаты:

– Елена Андреевна, ну что вы! Доктор же любя.

Вот это круто: уже никто и не пытается соблюсти хоть какую-то видимость. Люсинда удалилась в сестринскую ставить чайник, Славка чмокнул меня в лоб и снова отбыл в операционную.

Около двух все угомонилось, и я, совершенно уже ничего не соображая от головной боли, завалилась на свой диванчик. Лежала и тихонько поскуливала. Люсинда приволокла чайник и мед. Напившись чаю и наглотавшись в очередной раз аспирина, я провалилась в пустоту. Около шести разбудил визг тормозов, причем явно не «Скорой помощи». Рядом с моим окошком припарковался огромный джип, из него вывалились – в прямом смысле этого слова – два приличных господина. У одного из кармана пиджака торчала бутылка чего-то очень дорогого. Пошатываясь, но в целом вполне целеустремленно, мужчины направились к двери приемного. Сердце сжалось: надежды на то, что их интересовал травматолог, хирург или гинеколог, было очень мало.