Чёрный город

Окровавленный взвизгнул:

– Ай, всё скажу! Горло пусти!

От этой картины Гагик застучал зубами – того гляди бухнется в обморок. Эраст Петрович решил зайти с другой стороны:

– Про Хромого ты что-нибудь слышал?

– Ка…ко…го хро…мого?

– Из Черного Города. Он революционер или связан с революционерами.

Раненый громко застонал – Гасым опять тряс его за шиворот.

– Есть Селифанов, стрелочник, у него короткая нога. Через него можно оружие доставать, – быстро заговорил юный анархист. – Есть Хасан, сторож на бывшем заводе Мурсалиевых, Хачатур его не любит, убить хотел. Еще я один раз видел колченогого Зазу, он счетовод на степаняновских промыслах, Хачатуру раз в месяц платит, чтоб не трогали… А больше хромых не знаю. Черный Город большой…

Гасым выпрямился, крякнул:

– Э, совсем подохла! Ничего не делал, только тряс. Юмрубаш, она один вещь сказать успела. Не знаю, надо тебе, нет?

– Перед засада Хачатур ходила к большой русский человек. Имя чудной – Дятел. Что это «дятел»? Птичка?

Эраст Петрович сразу забыл о Гагике из Акны. Дятел? Горячо! Вот она, любовь к орнитологии!

– Он еще что-нибудь сказал? Про Дятла. – Быстро подошел к раненому, попробовал пульс. Да, мертв.

Гочи сокрушенно пожал плечами.

– Ничего. Я спрашиваю: «Где эта Дятел?» Немножко плечи тряс – а из Левана душа ушел.

Вернувшись к юнцу, Фандорин спросил:

– При тебе когда-нибудь говорили о Дятле? Хачатур или кто-то другой?

Гагик помотал головой, облизнул сухие губы. Он не отрываясь смотрел на медленно приближающегося Гасыма.

– Он сказал п-правду, я это вижу. Учти, убивать его я не позволю.

– Сам не стану. – Гасым пожал плечами. – Когда из Гагик вырастет гайл, тогда убью.

– Гайл. «Волк» по-ихнему.

Однако отпускать пленного было нельзя. Дятел – скорее всего тот самый большевик, кого полиция называет «Одиссеем». Он ни в коем случае не должен узнать, что Фандорин жив.

– Гагик никому не расскажет, – сказал Гасым, будто подслушав мысли. – Он отсюда домой пойдет, очень быстро. Ни с кем говорить не будет. И дома, в Агдам, тоже не скажет.

– Причем тут Агдам? Он из Акны.

– Это по-ихнему Акна, по-нашему Агдам.

Гасым наклонился, взял парня за плечи, и плеч стало не видно.

– Иди домой, Гагик. Про меня говори всем. Много говори. Про Юмрубаш молчи. Говори: Кара-Гасым один всех убил. Понял, да?

– Понял… – прошептал парень. Зрачки у него были очень широкие, неподвижные.

Опрокинув стул, мальчишка с разбегу выскочил в окно и скрылся в саду – даже львов не побоялся.

– Как ты можешь быть уверен, что он меня не в-выдаст?

– Она знает Кара-Гасым. Слышала. Теперь еще видела. Я тоже человек-слово. Обманет – приду в Агдам, найду ее, убью. Она знает. Лучше скажи: что теперь делать будешь? Твой враг Хачатур мертвая. Ты доволен?

– Нет. Это был не враг, а орудие врага.