Чиновникъ Особых поручений (СИ)

— Следить за тобой не перестали, так что удовольствие можно и повторить…

Оценивающе глянув на вышедшую из далекого переулка шумную компанию подвыпивших гуляк, Григорий привычным жестом огладил кончики своих холеных усов. Увы, но пальцы кольнула жесткая щетина накладного реквизита — жесткая и неприятно-холодная, которую надо было терпеть на лице еще самое малое час. Ну, хотя бы не сутана — в ней он вообще чувствовал себя как… Гм, особа женского пола.

— Как по мне, этот твой «нервический припадок» получился весьма достоверным. Особено когда охрана начала вырывать у тебя из рук «Рокот», и уговаривать оставить в живых полицейского чиновника… Тот, судя по виду, едва не умер на месте, и точно испачкал кальсоны, ха-ха!..

— Н-да, насчет него я, пожалуй, немного увлекся. Впрочем, несмотря на проявленное буйство и устроенный скандал, остатки «прибора» мне так и не вернули — так что «припадок» не помешает повторить еще раз. На бис, так сказать.

— Ну и удачи французам в исследованиях. Сам же говорил, что там такого намешали, лет сто гадать будут.

Увидев приближение денежных клиентов, стайка «ночных бабочек» призывно заулыбалась:

— Эй, красавчики, развлечемся?

— Можно и втроем! Я Жюли!..

— Или квартетом, ха-ха! А я Мари, сладкий…

Видя, что мужчины равнодушно проходят мимо, накрашенные «куртизанки» моментально переключились на приближающуюся компанию гуляк, выставляя на всеобщее обозрение женские подвязки и нижние панталончики. Судя по одобрительным возгласам «тонких ценителей», импровизированный показ мод пришелся им по душе — настолько, что на поднятый гвалт пожаловал обеспокоенный «кот», обеспечивающий своим кошечкам безопасность постельного труда. Меж тем, друзья благоразумно сменили сторону улицы на противоположную и спокойно продолжили прогулку, время от времени проходя мимо очередной стайки зарабатывающих себе на пропитание французских шалав. Чем ближе был Монмартр, тем больше было света, красочных вывесок и гуляющих прохожих — так что вскоре два добропорядочных буржуа окончательно растворились среди парижан и тех гостей столицы, что желали вкусить все радости жизни. Ну или хотя бы надкусить то, на что хватит их кошелька…

— Мсье, не проходите мимо! Только сегодня, и только для вас!!!

— Мердё!

— Запретные наслаждения на любой вкус, мсье! Есть юные девочки… Или мальчики? Свежий опиум, или…

Рыкнув на тощего, и изрядно набриолиненного зазывалу с довольно характерными манерами «литератора в изгнании», что протянул свои грабли к его сюртуку, рыжий буржуа досадливо сплюнул. Увы, но в верткого типа он так и не попал, отчего растроился еще больше и гневно сопел добрых пять минут — и дулся бы и дальше, если бы его спутник, старательно давивший усмешку, не констатировал:

— Нервничаешь.