Четверо за спиной

- А где сейчас Беригор? – спросила я внезапно осипшим голосом

- Подозреваю, что мы вернулись в тот день, когда я переместился к тебе. Поэтому Гор, если сейчас не в моем доме, то скоро припрется. Каждый вечер меня проверяет. И не лень таскаться. Занятие с волчатами закончит и притащится. Я не говорил ему, когда попробую переместиться. Чтоб над душой не стоял.

Подхватив мои сумки, волхв непринужденно затопал по тропинке. Глубоко вдохнув, я невольно поежилась. Здесь было значительно холоднее, Драгомир не зря заставил меня утеплиться в свитер и парку. А на ноги – армейские штаны с карманами и высокие ботинки. Все же осень на дворе. Было свежо и сумрачно, но я словно и не замечала ничего, готова была бежать вприпрыжку, едва ли не на перегонки. Неужели получилось? Я не сплю? Точно? Внутри пузырьками бурлило ощущение нереальности происходящего.

Домик Драгомира встретил нас уютным светом в окнах. Внутри было тепло, в печке аппетитно булькало, распространяя вокруг аромат чего-то аппетитного. Я скинула куртку и засмеявшись от нахлынувших чувств, закружилась по комнате, раскинув руки.

- Ты чего?

- Прости, так радостно! И не верится до сих пор, что я здесь. Это же не сон, правда? Ущипни, - подскочила я к волхву.

- Давай я лучше тебя чаем напою. И покормлю. Голодная? - улыбнулся Драгомир.

- Пахнет вкусно, - я жадно втянула воздух.

- Ступай в кресло, я сейчас, - отошел к печке волхв."

"Я не успела ответить, когда за спиной резко скрипнула дверь. Словно во сне я медленно поворачиваю голову и вижу в дверном проеме мощную фигуру. Ту, которую ни с кем не перепутать. Беригор! Мой медведь! Увидев меня, он дергается как от удара. С усилием, шумно втягивает воздух, а потом делает шаг из темноты, ко мне. С нежностью смотрю на его усталое, осунувшееся лицо, темные круги, напряженный взгляд светлых глаз. Судорожно сглатывая, он замирает на пороге, вцепившись в дверной обналичник. Не верит. Но потом его губы расплываются в ошалевшей улыбке, а глазах столько любви и света, что у меня невольно наворачиваются слезы. Хотя я улыбаюсь. Инстинктивно кладу руку на живот. Вот сейчас, я расскажу, обрадую! Ведь все врачи в голос говорили, что никогда – а мой боец тут, притих. Ждет, когда большой медведь поздоровается с медвежонком.

Беригор переводит взгляд на мою руку, глаза сначала расширяются, в них отражается неверие, а потом появляется такая жгучая ярость, что я невольно делаю шаг назад. Да что случилось? Неужели все же не хотел? К чему тогда эти разговоры были? Без детей хотел со мной жить, а с ребенком – уже нет? Неужели испугался? Он встречается со мной глазами и видит мое перекошенное от бешенства лицо. Во мне просыпается кровожадная волчица. Беригор, ты ли это? Неужели «Я еще не готов? Давай потом? Поживем для себя?».