Дядя самых честных правил 2

Уставший, небритый, но крайне довольный.

— Сначала в баню, — он сложил ладони перед собой, — умоляю, и нормально поесть. А потом всё расскажу.

— Иди, — махнул я рукой, — приводи себя в порядок. Да и поспать тебе не помешает.

— А…

— Завтра, всё завтра, на свежую голову.

Помыться и переодеться ему действительно стоило — от него разило застарелым перегаром, а костюм провонял крепким табачным дымом. Интересно он сведения добывает, однако.

Торопиться с разговором действительно не стоило. Никуда завод не денется, а мой заказ требует обстоятельности и осторожности. Не думаю, что кто-то специально будет пытаться украсть мои секреты, но бережёного, как говорится, и бог бережёт.

Пока Бобров приходил в чувство, я провёл занятие для моих девиц, обсудил с Диего тренировки и даже успел почитать. Перед тем как завалиться спать, я спустился на кухню: как-то неожиданно захотелось перекусить."

"Только я сделал себе трёхэтажный бутерброд из буженины, сыра и зелени, как услышал где-то рядом приглушённые голоса и тихий хрустальный звон. Любопытно, кто это там полуночничает? Из чистого любопытства я тихонько пошёл на звук.

Дверь в “кабинет” ключницы была приоткрыта. Внутри за столом сидели Настасья Филипповна и Киж с рюмками в руках.

— Да, Дмитрий Иванович, ты прав, — качала головой ключница, — не те нынче времена, совсем не те.

— И молодёжь тоже. — Голос поручика был ворчливый, как у столетнего старика. — Никакого уважения.

— Ты это, — Настасья Филипповна хлопнула ладонью по столу, — Константина Платоновича не трожь. Он какой надо, без вольностей.

— Ой, милая моя, так он и не молодой уже.

— Да ну, брось. Ему всего-то годков…

— Не в годах дело. Он древний Талант принял, так что мудростью со стариками меряться может. Давай за него и выпьем!

Они звонко чокнулись рюмками. Киж выпил до дна и тут же налил себе ещё.

— Вот я и говорю, у молодёжи никакого понятия о романтизьме. Я этой Диеге говорю: ты, мол…

Дальше я слушать не стал и тихонько пошёл обратно к бутерброду. Так вот для чего Киж обхаживал Настасью Филипповну — чтобы добраться до заветного бочонка с рябиновкой. Ох и жук поручик! С другой стороны, мёртвому Кижу надо было чем-то развлекаться, пока я не нашёл ему применение. Ничего, ещё месяц-другой, и у него не будет времени на подобный досуг.

Глава 24 — Гусь

Утром выспавшийся Бобров явился ко мне в кабинет. Плюхнулся в кресло, зажмурился от солнца, бьющего в окно, и стал похож на здоровенного ленивого кота. Тотчас к нему на колени запрыгнул Мурзилка, лёг на спину и подставил пузо — Бобров у подобрыша числился как полезный человек для чесания.

— Рассказывай, что там с “гусями”.

— С какими гусями? — Бобров удивлённо вскинул брови. — А, ты про Гусь-Мальцевский! Этот “гусь” нынче приболел.