Черный Паук

Тут они уселись на скамейку и принялись нервно ждать, выкуривая сигарету за сигаретой. Вскоре на противоположной стороне площадки лицом к ним на такую же скамейку село несколько парней. Эти вели себя поспокойней. Белый сразу опознал тарзаевских.

В течение часа подтягивались силы с обеих сторон, но мэйсоновских было явно больше. Как ни хорохорились тарзаевские, поправляя как бы невзначай высовывающиеся из-под курточек дубины и куски стальной арматуры, чувствовали они себя неуютно. Начались угрюмые переглядки исподлобья, прозвучали невнятные угрозы и обещанья. В воздухе запахло кровью.

Ровно в шесть из проходного двора вышел Мэйсон, безмятежно улыбаясь. Тут же в сопровождении пяти телохранителей возник Тарзай. Рядом со своими сопровождающими он выглядел настоящим пигмеем, жалким карликом. Было совершенно непонятно, каким образом ему удалось подчинить себе таких мордоворотов. Китайский спортивный костюм из лилового ""жатого шелка"", напоминающий скомканную и расправленную промокашку, отнюдь не делал его похожим на крутого спортсмена.

Зрелище здорово напоминало сцену из американских видяшек: две молодежных банды собрались выяснять отношения. Сердце Белого трепетало, а грудь распирало от гордости за себя, великого. Ведь это из-за него встретились два вожака.

А вожаки между тем сошлись посреди площадки и неторопливо отправились к дверям кинотеатра. Дойдя до них, развернулись, и, тихо переговариваясь, пошли обратно. Пройдя всю крохотную площадь под нетерпеливыми взглядами своих вассалов, они проследовали дальше, пересекая тротуар и раздвигая прохожих. Правда, Тарзай пытался развернуться в обратную сторону, но Мэйсон как ни в чем не бывало продолжил шагать дальше, и его партнеру по переговорам пришлось двигаться в том же направлении. Они миновали тротуар и уперлись в барьер из окрашенных в ярко-желтый цвет металлических труб.

И буквально через минуту на проезжей части по ту сторону барьера начали одна за другой останавливаться легковые машины – ""восьмерки"", ""девятки"", иномарки, выстраиваясь колонной бампер в бампер. Салоны легковушек были набиты крепкими ребятами в кожанках, не чета подросткам, собравшимся у кинотеатра. Это была откровенная демонстрация уголовной мощи.

Не только у Белого челюсть отвисла. Тарзай заозирался на своих, но никто из них с места не тронулся, все замерли, как кролики перед удавом. Последнему сопляку стало ясно, что появились настоящие бандиты, и не стоит делать резких движений."

"Распахнулась задняя дверца стоявшей третьей по счету ""девятки"" цвета ""мокрый асфальт"". Высунулась рука с блеснувшим золотым перстнем и поманила. Мэйсон и Тарзай перегнулись через барьер к этой руке.