Черный Паук

Он-то у мальчишек-мойщиков всего полтинник в день отбирал, а теперь половину их прибыли обязан относить Мэйсону. Дверца громко захлопнулась, бибикнул сигнал, и вся кавалькада, рыча моторами, тронулась с места, набирая скорость и растягивая вдоль по ""Яшке"" – улице имени Якова Свердлова. Через пару минут бандитская автоколонна обогнала пешую. Это уныло брели пацаны Тарзая вслед за своим подавленным вождем. В спину им улюлюкала местная шпана, но Мэйсон прикрикнул, и все заткнулись.

– Кончай базлать и разбежались по хатам, пока ментура не повязала! крикнул он, давая команду расходиться по домам, потом повернулся к Белому: – Видал, сам Леня Чумовой на нашу стрелку прикатил и развел по закону. Надо сразу этих касьяновских укорачивать, а то потом придется насмерть с ними хлестаться. Наверняка, Касьян сам своих шестерок на колонку послал, чтоб нас прощупать. Завтра увидим, захочет разборку устраивать или этого отморозка подставил. А ему так и надо, Тарзайке этому хренову. Баран нестриженый, из пятого класса выгнали, так и будет по ""Челюсти"" мелочь сшибать. – Он зло сплюнул.

– Слушай, Мэйсон, а если того, короеды меньше намоют, ну, не выйдет пятисотка за день? – осторожно спросил Белый, его сейчас волновала собственная судьба.

– Кого колышет? – удивился Мэйсон. – Твои дела. Тебя прикрыли, за тебя отбивку сделали, отморозков наказали, тебя приняли к себе, так и ты будь человеком. Хоть умри, а два с полтиной в день в общак накати. Ты хотел бандитом стать? Так ты им стал. Теперь иди работай.

От подобных успехов хотелось плакать. Спасибо друзьям, приятелям дворовым, согрели душу завистливыми взглядами и речами. Глядели снизу вверх и гомонили:

– Слышь, Белый, а чего тебе Чума сказал? Ты его знаешь, что ли?

– В банду принял, – хмуро сообщил Белый, постепенно приходя в себя. Кто ко мне в команду пойдет?"

"Теперь ему стало ясно, что ходу назад не будет. Никого не колышет, может он или нет, а двести пятьдесят в день обязан выложить. Только сейчас Белый почувствовал на собственной шкуре, что такое рэкет. Где-то наверху есть бандитский общак, общая касса, которую стережет преступный авторитет по кличке Ижевский. Сам он не грабит, не ворует, не трясет киоски. Он трясет Леню Чуму, страшного, как смерть, а тот держит за горло главарей уличных банд вроде Мэйсона. Сейчас вот и Белый попал на поводок. Теперь он вынужден будет из мальчишек-мойщиков вышибать половину дохода. А почему только половину? Самому ведь тоже надо что-то иметь? Не за просто так ведь делать грязное дело? А зачем тогда самому его делать? Может, стоит сесть на шею шпане помельче? Пусть они короедов чуханят и выручку сдают ему.

Так в паутине вымогательства, опутавшей весь город, появилось ещё одно липкое звено.