Черное и белое (СИ)

Сфотографируют тебе головку, забинтуют, укольчик сделают и ты поспишь. Сон ведь он самый лучший доктор. Так что будешь ты у меня спать-посапывать. Сестричка уже намешала тебе коктейль, вон стоит. А когда проснёшься поговорим и снова спать. Как тебе такой план? Так и будем с тобой поживать. Пока лилии не расцветут.

Он улыбается и морщит нос, делаясь похожим на хорька.

— Так вы всё это из-за брошки, что ли? — удивлённо и доверчиво спрашиваю я и напеваю, подражая Чепраге:

На руке три линии

Лепестками лилии.

Это — жизнь, а это — я,

А вот там — судьба твоя…

— Ну, а как ты думал? — сухо и недовольно посмеивается Кухарчук.

— За бугор что ли решили свинтить?

— Ты это чего такое говоришь? — сразу делается он серьёзным."

"— Так у нас вы за неё много не выручите, чтобы был смысл вот такие операции проводить. Причём, несогласованные, либо согласованные по другим делам, явно не по моему. Колитесь, Пётр Николаевич, куда двинуть хотите. В Америку? Или, как нацисты, в Аргентину?

— Так! Ты эти разговоры прекращай, ясно? Ты, конечно, головой стукнулся, понять можно, но с такими идеями ты после трепанации сразу в психушку поедешь.

— После трепанации? — поднимаю я брови.

— Ну а что, если диагноз подтвердится, придётся тебе вскрывать черепушку-то, — подмигивает он. — Ты давай, переодевайся пока. Видишь пижама какая красивая?

— Да сами вы в эту пижаму переодевайтесь. За мной уже скачут четыре всадника апокалипсиса. Знаете их? Это Злобин, Чурбанов, Суслов и Брежнев.

— Серьёзно? — ухмыляется он. — И что, они тебя прямо из реанимации заберут, перевязанного и только что прооперированного? Мы же тебе ещё и синяков наставим для убедительности.

— Так я в таком состоянии и вам пользы не принесу.

— Принесёшь. Откровенно тебе говорю, лучше тебе принести эту долбанную лилию. Если не хочешь, чтобы и невесте твоей, и родителям пришлось испытать что-то очень неприятное и даже болезненное, на границе жизни и смерти. У нас в госбезопасности есть такой сотрудник, по фамилии Радько. Так он с радостью выполнит долг перед родиной. Сомневаешься? Не сомневайся, он завтра прилетает. И про Суслова, кстати, ты ошибся. Да и про Брежнева тоже.

— То есть вы решили нарушить наши договорённости? — спрашиваю я скорее, чтобы просто потянуть время.

Незаметно осматриваюсь, пытаясь понять, что здесь можно использовать для нападения или защиты. Стойка для капельницы, каталка, пижама, стол… Ага, искривлённая в виде почки эмалированная ванночка, и коробочка из нержавейки с закруглёнными углами. Практически, прообраз айфона. Наверняка, в этой коробочке шприц… Флакон с мутноватой жидкостью… Стул с перекинутым через спинку белым халатом…

— Договорённости, Брагин, ты сам нарушил. Два дня прошло, а ты даже не почесался ещё.