Черная осень

Ага, а вот и автомобили. Местные, как принято здесь – больше похожи на кареты с колесами. Один, два… не так много!

Яна обратилась к воспоминаниям Анны.

Была. Общим числом восемь человек плюс приехавшие.

Четверо наверху, двое внизу, а в каждом автомобиле может поместиться минимум четверо человек. Еще десятерых надо где-то найти.

Яна быстро оглядела комнату.

Бедный доктор Шеин. Бедная Санна. И слуги… дядька Архип, Венна, Тайра…

Что он тут – договорить мужчина не успел. Яна стреляла без предупреждения.

И еще один труп валится на пол.

А где могут быть остальные бравые рыцари Освобождения?

Наверх пошли самые проверенные. Это понятно. Чуть менее доверенные остались со слугами. Несколько человек – хотя бы двое должны остаться в машинах. А есть еще конюшня, есть еще территория…

Это что – ей тут перестрелки устраивать? У Яны аж волосы на голове зашевелились от ужаса. Она не потянет! Она просто не справится, а умирать-то и нельзя. Никак нельзя…

Вряд ли кто пошел на территорию. Конюшня? Да, безусловно. И есть же еще храм…

Для начала надо обойти дом. А там разберемся, что делать дальше.

Яна злобно ухмыльнулась и принялась перезаряжать оружие. Интересно, не найдется ли у покойничков патронов для ее револьвера? Еще одного?

Если будет – она готова их даже простить… немножко. И лично помолится за усопших. Можно даже два раза.

Хелла, приятного аппетита.

Показалось Яне – или она услышала рядом знакомый ледяной смешок?

Ага, а вот и еще один револьвер, правда, другой модификации, Яна с такими раньше не встречалась. Небольшой, явно для скрытого ношения…

В доме оказалось еще четверо негодяев. Два в кабинете, один на кухне, еще один в ватерклозете. А что – герои не люди, что ли? Живот прихватило у подонка от сильных чуйств!

Проблем у Яны не возникло ни разу. Она просто шла и стреляла.

Вот что значит – инерция мышления! Даже убийцы от нее не застрахованы!

Император паршивый! Сам сдох, как баран на скотобойне, свою семью за собой утащил… и ведь все это восприняли как должное!

Благородная дама должна быть гибридом между трепетной нимфой и ледяной статуей, вот императорских дочек так и воспринимали. Скользили по дому этакие тени, которые даже по морде в ответ на наглость дать не могли.

Яна вспомнила, какими взглядами провожали девчонок охранники, – и взбеленилась.

Она еще в лесничестве одного такого едва в болоте не утопила – природу пожалела. Еще змеи передохнут, лягушки потравятся, да и пиявок жалко.

Да Янин отец, когда ему на Яну тот козел жаловаться начал, только и сказал: «Дочка добрая. У меня б не вышел ты из леса». Доходчиво получилось настолько, что ублюдок еще до конца дня уехал, половину барахла забыл, пришлось почтой отправлять.