Черная осень

Рот аж слюной наполнился при мысли о сочном зеленом яблочке. Но это – потерпит.

Итак, надо добраться до часовни.

Пешком – никак. А вот ползком, чтобы не увидели…

Яна сможет проползти. Тут как раз еще изгородь зеленая, живая, удобная, пока не облетевшая…

Она улеглась на живот и поползла, матерясь на с-собачьи ветки и сучки. Ничего, тут недолго. Зато со стороны ничего не видно.

Так она и думала. Стоит у двери часовни мужик и…

Нагло хрупает яблоком!

Дожевал, отшвырнул огрызок, едва не попав по голове ее высочеству, кстати говоря, и скрылся внутри.

– Вы тут закончили, …?!

Сколько Яна помнила, церкви страдали вот не особо за веру. А за церковную утварь. Это еще Генрих Тюдор обнаружил, что из крестов и чаш прекрасно получается золотая и серебряная монета. Ну а здесь – продолжили.

Кому-то крест – предмет культа, а кому-то и полкило драгоценного металла, за который колбаску купить можно. Второе Яне было ближе. Крест, если что, можно и из двух веточек связать – Господу оно без разницы. Он – услышит.

Яна протянула руку, нашарила яблоко – и бросила в часовню. Ну и попала, конечно. Прямиком в дверь.

Долго ждать не пришлось, вскоре мужчина выглянул наружу.

Следующее яблоко опять полетело по назначению. И еще одно…

Священника там, кстати, не было. То ли сбежал по-умному, то ли помер по-глупому. Яна это и узнавать не собиралась.

Двое мужчин вышли с ящиком в руках, явно тяжелым. Интересно, что там такое? Хотя нет.

Интересно убить их так, чтобы не увидели. А то…

Не с ее талантами и оружием перестрелку устраивать. Ей бы калашников да от пуза веером полоснуть – тогда бы по-другому поговорили. А с парой пистолетов много не навоюешь. Ладно, револьверов.

Яна решила, что двоих в церкви пока можно оставить, – и медленно, прижимаясь к земле, поползла за теми, кто тащил ящик.

Когда они подошли к машинам, из жутких повозок вышли еще двое – и начали помогать загружать добро. Как – помогать? Сначала открыли ящик и посмотрели…

Четверо. Она одна. Сможет? А что, есть выбор?

Сначала надо валить того, который ближе всех к машине, потом того, кто рядом с ним… Должна справиться.

Револьвер удобно лег в руку – и Яна тщательно прицелилась.

Выстрел. Не в голову, чтобы точно не промазать – в грудь. Потом контрольные проводить придется. И следующий выстрел.

Двое падают, третий пытается уйти в перекат, но Яна его достала. Четвертый… Всех бы так! Застыл на месте и оглядывается с открытым ртом. Да ты кто такой-то? Кто тебя вообще воевать взял? Пристрелить – секунда. Яна и не колебалась.

Почему-то Хелла произносилось легче, чем Хель. И верилось больше.

Страшновато было даже вспоминать богиню. Это не тот кошмар рогатый, который снимали в кинофильме про богов. Она была реальная. И холод от нее шел… Жуткий…

Еще четверо.