Черная метка

Зазвонил телефон, и Раффин затрусил к нему.

– Когда последний раз ты имел дело с Интерполом? – поинтересовалась я у Марино.

– Пять, может быть, шесть лет назад, когда здесь высадился беглец из Греции и устроил драку в баре на Халл-стрит.

– В этом деле определенно есть зарубежные связи. Если он пропал во Франции, Англии, Бельгии или бог ведает где еще, в Ричмонде мы никогда этого не узнаем, пока Интерпол не проверит этого человека по своей базе данных.

– Ты говорила с ними? – произнес Марино.

– Нет. Это ваша работа.

– Ты не можешь представить, сколько полицейских надеются получить дело, связанное с Интерполом, но если спросишь их, что это за организация, они отвечают, что не имеют понятия, – сказал он. – Если хочешь знать, мне не нравится иметь дело с Интерполом. Они меня пугают – точно так же как ЦРУ. Мне даже не хочется, чтобы эти конторы вообще знали о моем существовании.

– Это смешно. Ты знаешь, что такое Интерпол, Марино?

– Ну да. Секретная служба.

– Это международная организация уголовной полиции. Страны-участницы совместно работают над раскрытием преступлений, советуются друг с другом. Вроде того, как работают детективы в твоем отделе.

– Тогда у них не должно быть дамочек вроде Брей.

Я наблюдала за Раффином, который держал в руках телефон. С кем бы он ни разговаривал, он старался, чтобы его не услышали.

– Телекоммуникация, закрытая всемирная сеть правоохранительных организаций... Не знаю, сколько смогу его терпеть. Он не только делает то, что хочет, но и гордится этим, – тихо сказала я, глядя, как Раффин вешает трубку.

Марино свирепо смотрел на него.

– Интерпол высылает закодированные цветом уведомления о разыскиваемых и пропавших, предупреждения и запросы, – продолжила я рассеянно, в то время как Раффин затолкал полотенце в задний карман хирургического костюма и выдвинул из шкафчика поднос для пилюль.

Он сел на табурет у сливной раковины спиной ко мне. Раскрыл пронумерованный коричневый пакет из плотной бумаги и вынул из него три флакона с болеутоляющим и два с сильнодействующим препаратом.

– Неопознанное тело помечается черным цветом. Черная метка, – объяснила я. – Обычно это подозреваемые с международными связями. Чак, почему ты делаешь это здесь?

– Я уже говорил, что мне не хватает времени. Никогда не видел, чтобы с трупами присылали так много таблеток. У меня шестьдесят или семьдесят, но все время звонит телефон, я сбиваюсь со счета, и приходится начинать все сначала.

– Ага, Чаки-малыш, – сказал Марино. – Понимаю, почему ты так легко сбиваешься со счета.

Раффин начал насвистывать песенку.

– С чего ты вдруг такой счастливый? – раздраженно спросил Марино, вто время как Раффин пинцетом клал таблетки на голубой пластиковый поднос.