Шепчущий череп

Он наклонился и спрятал бумаги в свой мешок.

– Дай их сюда, – сказал Шоу.

– Нет. Дай нам пройти, пожалуйста.

Нед Шоу хмыкнул и еще плотнее прислонился к косяку двери:

– Только после того, как увижу, что ты добыл.

– Здесь не место для споров, – сказала я. Температура падала, лунный свет клубился в комнате, словно его медленно перемешивали ложкой.

– Может быть, вам неизвестно, – начал Локвуд, – что эта комната…

– Я все вижу, – снова хмыкнул Шоу. – Посмертное свечение, миазмы усиливаются. Даже легкий призрачный туман… Да, здесь не стоит надолго задерживаться.

– В таком случае, – сощурил глаза Локвуд и начал вытаскивать свою рапиру, – будь любезен, немедленно выпусти нас отсюда.

Локвуд сделал шаг вперед. Шоу помедлил, затем, словно на хорошо смазанных петлях, о которых я уже упоминала, повернулся, давая нам пройти.

– Спасибо, – сказал Локвуд.

То ли тон Локвуда, которым он это произнес – вежливо, но в то же время с издевкой, – то ли мой взгляд, показавшийся Шоу слишком презрительным, то ли просто не выдержав давящей атмосферы, царящей в комнате, но Нед Шоу внезапно взорвался. Он выхватил свою рапиру и без остановки, одним движением, направил ее в спину Локвуду. Я знала этот прием – петля Комиямы. Этот выпад применяют против Спектров, Рейзов и Двойников. Но не против людей.

Я ахнула, и мой возглас, когда я увидела, что Шоу вытаскивает рапиру, успел предупредить Локвуда. Он начал поворачиваться. Кончик рапиры Неда Шоу скользнул под углом по куртке Локвуда, пропорол ткань и задел его левую руку. Локвуд вскрикнул и отскочил.

Задыхающийся, с покрасневшим лицом, Шоу как сумасшедший бык бросился за ним вдогонку. Достигнув середины лестничной клетки, Локвуд резко развернулся, отбил направленную на него рапиру и прорезал две параллельные линии на правом рукаве куртки Шоу. Разрезанный рукав куртки повис, а Шоу завопил от ярости.

Быстрые шаги на лестнице. Киппс. Он летел, перепрыгивая сразу через две ступеньки. За ним едва поспевали Кэт Годвин и маленький Бобби Вернон. С обнаженными рапирами в руках.

– Локвуд! – крикнул Киппс. – Что здесь происходит?

– Он первым начал! – крикнул в ответ Шоу, бешено отбиваясь от сыпавшихся на него ударов и отступая по лестничной клетке. – Он напал на меня! На помощь!

– Это ложь! – заорала я. Но Киппс уже бросился в атаку и начал заходить сбоку, где его не мог видеть Локвуд, – позиция подлая, хотя и эффективная. Вполне в стиле агентов «Фиттис». Тут уж меня саму переполнил гнев, который закипал во мне давно, с момента предательского нападения Шоу – а может, еще с той ночи на Уимблдонской пустоши. И я, подняв свою рапиру, ринулась вперед.

Прежде чем я успела добраться до Киппса, на моем пути выросла Кэт Годвин. Наши рапиры с громким звоном скрестились.