Болевой порог. Вторая чеченская война

Техника есть, оружие есть, людей нет. Наши миномётчики бьют по окраинам, не давая боевикам расслабиться. Я смотрю на мечеть, там никого или спят."

"Темнеет. Как прошло столько времени, я не понял, не заметил, и было ли оно вообще? Время теряется вместе с нами среди разбитых домов и искорёженной техники. Вытекает из сквозных ранений с кровью. Впитывается в землю. На наручных часах убитых стрелка дёргается на месте. Ей мешает действительность. Дышишь глубоко, смотришь на выдыхаемый пар, опускаешь голову вниз и чувствуешь, как к горлу катит тошнота. Руки трясутся просто так, сами по себе. Бой закончен, а тебя не отпускает. Смотришь по сторонам, ищешь знакомые лица и понимаешь, что они все знакомы. Они все похожи на тебя. И ты похож сразу на всех.

Открыта банка тушёнки. Туда лезет три ложки, толкают друг друга. Я ем. Не чувствую вкуса, просто глотаю и всё. Дембеля садятся в десант БМП. Ротный выпинывает их оттуда с матом. Не спим уже шестнадцать часов. Если боевики пристреляют наш овраг, нам всем конец. Так сказал замполит, еле слышно, шёпотом. Он ведь не трус, он просто взрослый, и ему хочется жить.

Третий взвод. 27 декабря

– Спишь? – крикнул Скачков в люк наводчика.

– Поспишь тут, – отозвался Титов.

– Иди, Макеев тебя зовёт.

– Достал. Что, в роте сержантов больше нет?

– Есть! – усмехнулся Саня, – но залётчик только ты один.

Иди, а то материться будет. Злой как собака.

Титов выбрался из машины и побежал в сторону полуразрушенного дома. Бежал быстро, короткими перебежками. Останавливался, переводил дыхание и снова бежал. Часто падал, запинаясь о строительный мусор. Оцарапал ладонь на руке и разбил колено. Во дворе дома с десяток солдат сидят полукруглом. Смеются. С ними Макеев, незлой, наоборот, довольный.

– Хаттабушка ты мой, – теребил грязную морду щенка лейтенант. – Откуда ты тут взялся? Мы тебя в город искать пошли, а ты тут прятался?

Щенок довольно вилял хвостом и лизал грязные руки офицера. Вставал на задние лапы, пытаясь залезть на колени Макеева. Грязные лица парней улыбались по-детски и искренне, как ещё год назад. Здесь давно не видели таких вот улыбок. Такими улыбками здесь улыбаются редко.

Странное имя для щенка, но актуальное, бесспорно. Титов тоже потянулся к собаке, но Макеев ударил его по рукам.

– Чего так долго? – строго спросил взводный.

– Так стреляют, – ответил Серёга.

– Найди мне Змея и Фому. Во втором взводе должны быть. У меня на станции аккумулятор сел.

– Есть! – ответил сержант.

Макеев многозначительно смотрел на экипаж машины 055. Весь взвод смотрел на двух бойцов, слушая приказ лейтенанта. Змей взял дополнительный сухой паёк и чью-то разгрузку. Может произойти всё, что угодно. Главное – еда и патроны.