Госпожа частный сыщик

К сожалению, больная оказывает сопротивление, и тем ухудшает свое состояние…

Я бы тоже оказывала!

–  А девочка? Девушка. Та, что сидела на кровати."

"–  О, вот здесь вовсе тяжелый случай. Эта, как вы изволили сказать, девочка убила двоих человек. Ее бы казнили, однако бедняжка вовсе не сознавала, что делает…

Войдя в пустую палату, я еще раз окинула ее взглядом.

–  Скажите, а эти окна… они везде такие?

–  Во всех комнатах для персонала окна самые обыкновенные –  большие и без решеток, –  доктор пожал плечами. –  Но у пациентов нет туда доступа. Кроме того, обе девушки исчезли ночью –  из своих собственных комнат. Запертых. У Юны Эйфил не было соседки, так что каждая из пропавших находилась на тот момент одна.

–  Понятно, –  я кивнула. –  Что ж… прошу теперь оставить меня. У меня, видите ли… свои методы работы.

Мужчина еще помялся в дверях, недоверчиво обводя взглядом комнату и будто недоумевая –  что такого мне понадобилось здесь, при чем никто не может присутствовать? Однако в конце концов дверь все-таки, тихонько скрипнув, закрылась за ним.

И только тогда я, тяжело выдохнув, осела на узкую кровать.

Ночнушки. Да. Почему-то больше всего угнетали эти сероватые ночнушки. Наверное, потому что они означали, что люди здесь совершенно обезличены. Эти женщины лишены даже права на стыдливость –  вряд ли кто-то из них в здравом уме и по доброй воле согласился бы расхаживать в таком виде перед мужчинами.

У той старухи –  или все-таки не старухи? –  был совершенно безумный и больной взгляд. Но каким был бы мой собственный взгляд –  здесь?

Нет, лучше не думать об этом.

Надо сосредоточиться на деле. Как бы там ни было, кто-то, возможно, убил Юну Эйфил. И теперь та же опасность может угрожать второй девушке.

Поднявшись, я подошла к стене, встала на цыпочки, кое-как дотянулась до окна и попробовала подергать решетку.

Да, сомневаюсь, что у несчастной были какие-то шансы ее высадить, да еще незаметно вставить обратно. Она должна была выйти через дверь. На которой стоит замок, да еще и тяжелый засов снаружи. Без посторонней помощи никак обойтись не могло.

На шорох я резко обернулась.

Рэндаф вопреки своему обыкновению неторопливо выплыл из стены –  похоже, чтобы дать мне время собраться. Потому что он был не один.

–  Да, да, здесь она и жила, –  прошелестел седой, как лунь, старик. Выглядел он так, будто его и при жизни могло снести дуновением ветерка.

–  Извини, пришлось задержаться, –  повинился Рэндаф. –  В клинике много духов… очень много. Но мало с кем из них тебе стоит разговаривать. Это сторож, он работал здесь до самой смерти. Здесь и остался. Ниссард Григ Комив.

–  Да, да, –  продолжал бормотать старичок, вызывая сомнения в том, что он в таком уж здравом уме.