Черный дембель. Часть 3 (СИ)

Прохоров заявил, что заплатит за торт столько, сколько потребую («в разумных пределах, конечно»).

Но я попросил у него плату не деньгами, а услугой.

— Тебе нужны три путёвки в пансионат? — переспросил Илья Владимирович.

— Три путёвки в пансионат «Аврора», — повторил я. — Их распределяет профсоюз вашей фабрики, я узнавал. Путёвки нужны для меня, для моего брата Кирилла и для Артурчика. С датой заезда первого июля.

Прохоров озадаченно хмыкнул.

— Именно на первое июля? — спросил он. — Не раньше, не позже?

— Именно на первое, дядя Илья. Это важно.

Директор швейной фабрики пожал плечами.

— Ладно, раздобуду, — пообещал он. — Раз ты уверен, что у нашего профсоюза они есть.

— Есть, — повторил я.

В прошлой жизни эти путёвки нам подарил дядя Саша.

Прохоров вдруг ухмыльнулся.

— Одни на море поедете, без подружек? — спросил он.

— Одни. В Тулу со своим самоваром не едут, дядя Илья.

— Путёвку брата и свою я оплачу, разумеется.

Илья Владимирович покачал головой.

— В Тулу, говоришь? — сказал он. — С самоваром?

Прохоров хохотнул и добавил:

— Вы смотрите там, парни… языки кипяточком не ошпарьте.

Я решил, что сделаю для Варвары Сергеевны трёхслойный чизкейк. Ничего подобного я в советских магазинах не видел (да и в кафе тоже). Решил, что торт станет для Вари и её сыновей настоящей диковинкой, какую в Новосоветске сейчас не купить за деньги. Выменял с этой целью у Васи Ковальчука две банки варенья (черничное и малиновое) — отдал за них две бутылки «Столичной».

Третьего апреля вечером я возился на кухне: готовил из купленных на рынке продуктов сливочный сыр — решил, что он сгодится вместо классического сыра «Филадельфия». Смешал кефир, сметану и соль. Добавил в эту смесь яблочный уксус (уксусом заменил лимонный сок). Уложил смесь на марлю в дуршлаг, поставил над емкостью для сыворотки. На ночь убрал её в холодильник.

Утром убедился, что мои труды не прошли даром. Перед походом в институт я повторил вчерашние манипуляции со сметаной и кефиром. Вечером приготовил третью порцию сливочного сыра. Котова наблюдала за моими манипуляциями по вечерам, забрасывала меня вопросами. Я подробно комментировал свои действия. Пообещал, что без Лены не приступлю к приготовлению торта.

Торт я делал в пятницу вечером. Сразу, как пришёл из института, заставил Котову толочь песочное печенье. Поначалу планировал, что заменю стандартную основу чизкейка бисквитом. Но в итоге решил, что и без того допустил слишком много «замен». Да и бисквиты мне изрядно надоели: за вторую и третью декады марта мы с Леной передали заказчикам Прохорова восемь «цветочных» тортов.

Для приготовления трёхслойного чизкейка я использовал ту же форму, что и для торта «Птичье молоко».