Час шестый

«Много придет дождя, ох много! — думал Евграф. — Не зря ночью ломало меня. Успеть бы до мокроты снопы свозить. А ежели дождь? Можно и на овине их досушить, снопы-то… Ежели дров не жалеть… А чурок-то заготовлено маловато…»

Того больше тужил председатель о племяннике Марьи: «Господи, что-то с ним будет! Там, на болоте, и бежать некуда… Хоть бы эта шпана заблудилась, хоть бы дорогу Жучок спутал…» Евграф глядел вслед «охотникам». Они приближались уже к прогону.

Кеша едва успевал за Жучковой телегой. Она остановилась у завора. Веричев разложил, и Жучок с Корчагиным проехали в скотский прогон. Заднему Кеше пришлось закладывать прогонный завор, бегом догонять остальных.

Дорога в прогоне похожа на лежачую бесконечную лестницу. Ступени, выбитые коровами, не совпадали ни с конским шагом, ни с шириною тележных колес. Повозку трясло. Корчагин спрыгнул с телеги и, шелестя макинтошем, бодро пошел впереди всех. Игнатий Сопронов, знающий дороги в поскотине, поправлял милицию на развилках. В лесу стало теплее, но шум ветра пугал, настораживал даже Веричева, бывшего лесного объездчика. Веричев плохо знал шибановские лесные угодья. Мерин Карько то и дело вострил уши. Он различал какие-то звуки и шорохи. Тоскливо и жалобно кричал лесной ястреб. Ветер шел теперь по лесным верхам, не достигая земли. Володя Зырин вздумал крикнуть по-бабьи, ухнуть на весь лес, как обычно. Корчагин схватил счетовода за рукав:

— Ты что? Всегда орешь, когда медведей караулишь?

Этими «медведями», с ударением на предпоследнем слоге, Корчагин выдал свое нездешнее происхождение.

Смутился Володя и надолго затих. Он обозлился на начальство, нарочно не остановился на той высыхающей грязи, где отпечатался след четырехпалой ноги.

Сопронов почуял что-то не то.

— Ты где заметил следы Рогова?

— Вон Кеша то место знает.

— Я тебя спрашиваю, а не Кешу! Прошли или не дошли?

— Это место, Игнатей Павлович, мы уж прошли, — пояснил Кеша.

— А сами вы куда глядели, товарищ Сопронов? — на ходу укорил Корчагин. У Игнахи под левым глазом дернулась кожа. Сопронов промолчал, ничего не стал объяснять, иначе не миновать было бы ругани. Сопронов остановился. Веричев несмело предложил вернуться к тому месту, где был замечен след. Незапланированная остановка совсем рассердила Корчагина."

"— Нет, время — деньги! — Корчагин приказал не задерживаться. Той порой и Жучок уехал дальше в лес. Последний завор опять пришлось раскладывать и закладывать Кеше Фотиеву.

Через полчаса, не разговаривая, вышли на второе, скошенное стожье. Игнаха остановил Жучка, прошел с милиционером вперед. Они по-собачьи обследовали давно неезженую дорожную колею. Никаких следов не было. Все снова двинулись в глубь леса. Дорога становилась хуже и хуже.