Няня из Чайноботтам

– Пруддс! – тихо, чтобы не нарушать покой Хмурой аллеи, гаркнул Хоппер. – Будешь так подкрадываться, получишь дубинкой. И будешь сам виноват.

– Простите, сэр, – сказал молодой человек. – Я и не думал подкрадываться…

Держался Пруддс настороженно – видимо, ожидал, что все это какая-то уловка и констебль схватит его, как не единожды грозился.

– Не думал он… – сказал Хоппер. – Сразу видно, что ты не умеешь думать. И зачем, скажи на милость, ты таскаешь с собой эту дрянь?

– Никакая это не дрянь, – насупился парень. – Его зовут Генри. И к слову, ваша сестра его обожает.

– Моя сестра… да… – проворчал Хоппер и добавил с намеком: – Она всегда испытывала слабость ко всяким убогим.

Молодой человек якобы не понял, что речь о нем, и констебль повторил вопрос:

– Так зачем ты его таскаешь с собой?

– Генри порвал бабушкино вязание, и бабушка на время изгнала его из дома – приходится брать Генри с собой на похороны.

Хоппер поморщился: его неимоверно раздражало, что сестра связалась не просто с каким-то музыкантишкой, а с музыкантишкой из похоронного оркестра. Но стоило ему представить, этого хрюкающего свинокрыса среди скорбящих, он поймал себя на мысли, что не прочь своими глазами поглядеть на это нелепейшее в своей трагикомичности зрелище.

– Главное – держи его от меня подальше. Кажется, он чем-то болен.

– Да, сэр. Генри очень болен – и его слюнопускание очень заразно. Доктор Доу говорит, что эта болезнь передается только констеблям, и они тут же тоже начинают пускать слюни. Полюбуйтесь…

Молодой человек придвинул хряккса к Хопперу, и тот отшатнулся.

– Пру-у-удс! Я же велел держать его подальше!

Пруддс рассмеялся.

– Да это же просто шутка, сэр! Генри вовсе не заразен. Он всегда пускает слюни.

Шутка?! Хоппер уже не на шутку разозлился.

Он побелел, сдвинул брови и сделал страшное лицо, а затем… тяжело вздохнул. Молодой человек, глядел на него с удивлением – таким грозного констебля он еще не видел.

– Сэр, вы меня позвали, чтобы… Я был очень удивлен, когда получил ваше письмо."

"Хоппер кивнул.

– Да, в общем, Пруддс… э-э-э… Леонард, я могу называть тебя Леонард?

– Вы можете, сэр, но меня зовут Леопольд. И вы это хорошо знаете.

– Да. Так вот, Леонард, – проигнорировал уточнение Хоппер. – Я позвал тебя, чтобы… э-э-э… гм… в общем, тебе сейчас покажется, что уши тебя обманывают, но все дело в том, что не обманывают. Я хотел попросить тебя об услуге.

– Меня? – удивился Леопольд.

– Не перебивай, когда я прошу тебя об услуге! Итак… Лиззи тебе, должно быть, говорила, что нас с ней только двое – Хопперов, то есть. В общем, нет у нее никого, кроме меня.

– Я это знаю, сэр, но все еще не понимаю…

Хоппер задвигал челюстью из стороны в сторону. Ему было невероятно трудно говорить, словно все его существо противилось этому.