Чудо-чадо и чудовище

– Как ты? Сильно обожглась? – поворачиваюсь к Лене. Бегло осматриваю ""фронт повреждений"". Где у нас аптечка, есть ли там мази от ожога?

– Дмитрий Дмитриевич?! Ты... вы что здесь делаешь? ... те, – синие глаза расширены от удивления, ротик приоткрыт. Такой соблазнительный, что я смотрю теперь только на эти губки...

Вот и встретились.

–  Дима?

А? Что она спросила? Что я здесь делаю? Душ ищу.

– Работаю. Тут рядом мой кабинет, пойдем туда, а то тебя испачкали.

Беру оглушенную новостью девушку за локоть, веду в нужном направлении.

– Ты? Здесь? Работаешь?

Не верит. Семенит рядом, не сводит с меня глаз, не вспоминая об ожоге. Пока не понимаю, рада она этой новости или нет.

– Здесь я работаю, здесь, – улыбаюсь ей. – Сильно больно? – киваю на грудь пятно.

– Нет, я больше испугалась. Первый раз такое… Не ожидала, что есть тут такие... бесстрашные.

– Попадаются, как видишь, – хмурюсь, мысленно уже четвертую Славика, наплевав на его программерские мозги. – Урою придурка.

– Не надо, не стоит.

Пожалела?

– Так это ты Кудрявцев? – замирает возле двери с табличкой с моим именем и руководителя.

– Я Кудрявцев.

– Дмитрий Дмитриевич?

– Да.

– И ты в командировке?

– Приехал пару часов назад.

Завожу ошарашенную Лену в кабинет. Моего непосредственного руководства нет  – Петрович все еще на больничном, поэтому запираю дверь на замок. Поворачиваюсь к Лене. Как долго я мечтал об этом моменте:

– Раздевайся, солнечная девушка.

– А? – непонимающе хлопает ресницами, а затем щечки медленно заливает румянец.

""О чем ты думаешь, белокурая девушка? А–я–яй, проказница"", – грозят пальчиком лукавые чертики в моей голове. Я, конечно, не против и еле сдерживаюсь, чтобы не воспользоваться и не воплотить в реальность откровенные мысли, что отражаются в синих глазках напротив. Слишком долго я ждал, мечтал, хотел, а теперь вот она, рядом. Очаровательная, вкусная, соблазнительная, с приоткрытым ротиком, прерывистым дыханием...

Шумно сглатываю. Тянусь к светлой прядке, что так и просится за ушко, но Лена вздрагивает, моргает и отступает назад, застеснявшись.

– Что вы...

– Блузку снимай. Пятно замыть нужно. Я дам тебе свою рубашку.

– Блин, Дима, так бы и сказал.

Отворачивается от меня, прячет улыбку, которую все же я успел поймать. И это поднимает настроение на все сто. Лена не отталкивает, не ругает за то, что умолчал о работе здесь, не закатывает истерику, что почти силой уволок в кабинет и запер дверь. Идеальная женщина. Только растерялась от неожиданности, соскакивает с ""ты"" на ""вы"" и обратно. Забавная.

– Я так и сказал, – хмыкаю весело.

Подхожу к шкафу, открываю. На плечиках висит белая рубашка в тонкую синюю полоску. Не в тему к персиковым брючкам, но что есть.

– Запаска на аварийный вариант, – поясняю ее наличие в шкафу.

– Предусмотрительно.