Чудо-чадо и чудовище

Воображение подкидывает картинки, как я касаюсь этих красивых оголенных рук. Как осыпаю поцелуями каждую клеточку блондинки, прячу, наконец, эту светлую прядку за ушко и пробую на вкус тонкую шейку. Уверен, она с таким же вкусом сливочного мороженого, как и губки этой девушки.

– Дим, ты чего?

Когда я успел повернуться? Лена заметила мой очевидно слишком плотоядный взгляд, замерла, прикрывшись рубашкой. А что, собственно, мешает мне попробовать осуществить свои фантазии? Вот же она, сливочная девушка. Рядом. Пора озвучить ей свои намерения. И никакие 220 не оттолкнут. У меня чудовищное магнитное притяжение к этой женщине.

Делаю несколько шагов к застывшей Лене. Обхватываю личико двумя руками. Близко стоим. Очень близко. Глаза в глаза. И страха в ее синеве нет, скорее любопытство.

""У тебя еще есть время остановить меня. Потом будет поздно""

Молчит.

И у меня сносит башню окончательно.

Впиваюсь в пухлые девчачьи губы, раздвигаю зубки языком. Лена потрясенно мычит, а я исследую сладкий ротик, танцую с ее язычком. Кайф. Ладонью держу затылок, не даю отстраниться, другой рукой притягиваю к себе за талию, вжимаю в себя. Чувствуешь, милая, что ты со мной делаешь?

Тяну ее в сторону, прижимаю к стене, не переставая целовать. И Лена отвечает. Зарывается пальчиками мне в волосы, плавится подо мной, стонет. Отлипаю от губ, спускаюсь поцелуями по шейке ниже. Так хочется слегка прикусить нежную кожу, оставить метку, чтобы знала – моя!

Сжимаю упругие полушария в кружевах руками – все, как я мечтал. А еще подхватить под попу и усадить на рабочий стол, смахнув с него все к чертовой матери, и...

– Дима, Дим, остановись…, – полустон–полушепот.

Как? Как остановиться?

...

– Дима, Дим, остановись…, – полустон–полушепот.

Ни за что, милая!

– Дима!

Вздрагиваю, моргаю.

Лена все еще стоит в своей заляпанной кофе блузке, смотрит на меня, ожидая чего–то. В руках моя рубашка...

– Что? Прости, задумался.

– Я говорю, выйди, пожалуйста, я переоденусь.

– Да, конечно.

Выхожу из кабинета, прислоняюсь к стене спиной, закрываю глаза. Вот это меня торкнуло. И не холодный душ нужен теперь. Ледяной!

– Можно, – слышу через минуту.

Лена уже оделась. Закатала рукава, подвязала на талии концы рубашки, заправила подол и опа – деловой стильный верх готов.

– Нормально? – покрутилась перед стеклянной дверкой шкафчика.

– Круто! Тебе определенно идут мужские рубашки! Хочешь, принесу из дома еще парочку?

– Дима, не смешно. Ты представляешь, сколько сейчас будет вопросов? Я в твоей рубашке! И что мне говорить?

Медленно приближаюсь к колдунье. Заворожила, опьянила, морок нагнала, да? Я же только что целовал эти губы, запах цветов в ноздрях, в легких до сих пор колыхается. Время назад отмотала?

– Ничего не говори, – голос хрипит, потеряв силу.