Цербер для непокорной

– Мы здесь одни, – усмехается, словно отвечая на мой невысказанный вопрос Фарид, а затем продолжает деловито расставлять пакеты.

– И ты собираешься тоже… – сглатываю, обвожу взглядом убранство кухни, которая кажется крохотной из-за размеров мужчины, мне даже становится как–то не по себе.

– Да, – только отвечает он и сверлит меня своим внимательным взглядом.

– Но… – пытаюсь найти аргументы, почему ему этого делать не стоит, нахожу один и он самый весомый: – Думаю, твоя новоиспеченная жена будет недовольна, что ты проводишь время с…

Слово любовница застревает у меня в горле, так и не могу его произнести, хриплю, а затем и вовсе замолкаю.

– Мои решения не обсуждаются, это непреложное правило, ясно? – вроде спокойно спрашивает, но чувствую, что это просто утверждение, которое не подлежит обсуждению.

– Предельно ясно, – цежу сквозь зубы и резко отворачиваюсь, шагаю прочь из кухни, не желая больше с ним разговаривать.

– Вернись, – приказывает, не повышая голоса, но именно этим и пробирает меня до костей.

– Я хочу отдохнуть, – пытаюсь гнуть свою линию, говорю как можно спокойнее.

– Сначала еда, – настаивает мужчина, продолжая шуршать целлофанами.

И все это мне кажется очень странным. Для чего он все это делает? Чего хочет добиться? Если бы не знала точно, то решила бы, что он так обо мне заботится, но последние события… Не дают мне питать тщетные надежды.

Оставшуюся часть дня я молчу, не разговариваю, хотя не скажу, что меня так уж пытались разговорить. Мы едим вчетвером, мужчины обсуждают что-то свое, чисто мужское, из разряда безопасности и охоты. Странно, но обстановка не напряженная, даже не чувствуется, что он – главный, а они – подчиненные. Словно это разговор равных, а не работодателя и его работников. Неохотно, но я была вынуждена признать, что он – хороший глава. Периодически ловлю на себе его нечитаемые взгляды, которые не в силах расшифровать, но лишь смущенно отвожу глаза.

– Я спать, – поднимаюсь, когда чувствую усталость, даже не пытаюсь скрыть это.

И никто меня, слава богу, не останавливает. Практически валюсь с ног и почти сразу же, как только голова касается подушки, засыпаю. А вот сон беспокойный… Постоянно просыпаюсь, словно в полубреду, даже покрываюсь испариной… Но к утру более–менее успокаиваюсь и, наконец, засыпаю.

А утром мои страхи не оправдываются. Завтракаю я только в обществе телохранителей.

– А где… – киваю Тимуру, который сидит напротив, намекая на Галаева.

– Работает, – пожимает плечами мужчина, а после как ни в чем не бывало продолжает трапезу, никак не комментируя мой интерес.

Я же облегченно выдыхаю, не зная, как вообще реагировать на то, что Фарид собирается жить со мной на одной территории.