Цена страсти (СИ)

В дверь снова постучали. От неожиданности я вздрогнула и замерла. Кто там ещё?

Стук повторился, а затем дверь приоткрылась. Полка с обувью лишь противно заскрипела по линолеуму, отъезжая в сторону. Надо было придавить чем-нибудь посерьёзнее.

– Мария Алексеевна! – позвали из прихожей. Грачёв! Вот только его сейчас не хватало!

– Паша, ты не вовремя, – подала я голос, затем всё же встала с дивана и вышла в коридор.

Он топтался на пороге. Быстро взглянул на меня и опустил глаза в пол. Выглядел Грачёв непривычно смущённым. Даже уши у него пылали. Надо же, подумалось вдруг, с виду взрослый совсем мужчина, верзила такой под два метра ростом, а на деле ещё совсем ребёнок.

– Мария Алексеевна, простите, пожалуйста. Мы не должны были так себя с вами вести, – пробормотал он, не поднимая головы.

Я молчала. Я не знала, что сказать. Я теперь вообще ничего не знала.

– Мария Алексеевна… – наконец он осмелился посмотреть на меня. – Как вы?

– Плохо, – честно сказала я.

– Я могу вам чем-нибудь помочь? – в лице его сквозила жалость.

– Я как-нибудь сама справлюсь, – покачала я головой. – Иди домой, Паша.

– Я завтра в деканат пойду… скажу, что мы были неправы… и с нашими поговорю…

– Не стоит. Я всё равно здесь не останусь теперь.

– Как это? – захлопал он глазами.

– Уволюсь, уеду. Здесь меня больше ничто не держит. Начну с чистого листа.

– Но как же…? Как же мы? Как же тот чёртов завод?

– Паша, мы проиграли. Вернее, я проиграла. Всё.

– Нет, не надо так…

– Паша, да это ведь с самого начала было понятно, что мы ничего не сможем сделать против них. Хорошо, не с самого. Поначалу я и правда не предполагала, что всё так серьёзно, не знала, что из себя представляют эти люди. Думала, что у нас может получиться. Получилось же отодвинуть нефтепровод от Байкала. Получилось же закрыть целлюлозный комбинат. А тут… Надо было остановиться сразу, а я ещё и вас втянула. Я вот думаю, мы ещё легко отделались. Это счастье, что они вам ничего не сделали, а могли бы…

– Попробовали бы, – буркнул этот дурачок.

– Иди, Паша, домой, поздно уже.

Мне хотелось, чтобы он поскорее оставил меня наедине с моей бедой. Мне уже было невмоготу притворяться, что я кое-как держусь. Хотелось просто рухнуть и выть раненым зверем, пока силы не кончатся.

– Я… – Грачёв запнулся, стал пунцовым. – Я не уйду.

– То есть?

– Ну я… просто побуду тут. А! Вот давайте я вам дверь починю? Я умею. Только инструмент нужен, у вас есть?

– Ну… было что-то, кажется. Надо посмотреть, – пролепетала я неуверенно. – Не помню только, где. Голова совсем не работает.

Я стала шарить по ящикам, даже не пытаясь вспомнить, где могут быть эти инструменты. Присев на корточки перед кухонным шкафчиком, я бездумно перебирала коробочки, банки, склянки. Нечаянно задела локтём ёмкость с гречкой.