Цена мира. Родить от врага

Вместе с этими лукавыми словами теплая сильная ладонь протяжно сжала мою грудь, неожиданно спровоцировав что-то странное. Легкий спазм в животе, как будто меня жаром лизнуло внутри.

Нервно сглотнув, я растерянно нахмурилась. Нет… нет, ты что, Эльза?.. Ты же понимаешь, что он издевается и хочет только одного – мести! Ты не имеешь права чувствовать что-то кроме отвращения. Не имеешь!

Но беда в том, что я не испытывала отвращения… К ситуации – да, но не к хозяину спальни! И это очень настораживало.

Неожиданно Астахов оставил мою грудь, отстранился и обошел стул, оказываясь напротив меня. Стиснув пальцами подлокотники, я широко распахнутыми глазами уставилась на бандита, одетого в идеально выглаженную темно-синюю рубашку и черные брюки, будто ожидая атаки. Он выглядел опасным. Опасность исходила от него как аромат, читалась во взгляде. И я не напрасно это уловила. Задержав взгляд на моем лице, похититель скользнул своими голубыми глазами вниз, вдруг сделал шаг и откинул в стороны полы моего халата.

Оторопь пронеслась морозом по телу. Уставившись на свои обнаженные бедра, я вся вытянулась, сразу попыталась их свести, но они лишь беспомощно задрожали от напряжения. И Астахову ничего не мешало смотреть на то, что у меня между ног, пока я не знала куда деваться.

Сердце заколотилось в груди, не давая спокойно сидеть. Я понимала, как унизительно смотрятся мои метания, но буквально сгорала от стыда! В конце концов, нахохлилась и впилась взглядом в торшер, стоявший справа у стены. Однако уже через секунду испуганно посмотрела на Астахова, дернувшись, будто от удара током. Он тронул мое бедро и теперь нагло смотрел в глаза, продвигаясь теплыми пальцами все ближе к промежности.

Нет… Нет…

До боли вжимаясь в спинку стула, я пискнула и впилась ногтями в ладони – бандит все-таки коснулся моих половых губ и бесстыдно развел их.

– Не надо, не сжимайся, девочка, – бархатным, участливым тоном сказал он, задерживая пальцы на клиторе.

Я мотнула головой, стиснула подлокотник до скрипа и умоляюще посмотрела на негодяя. А он, гипнотизируя меня взглядом исподлобья, принялся бесстыже массировать эрогенную точку.

Испарина выступила на коже от силы моего сопротивления. Я вдруг осознала, что Астахов действительно не будет груб – он намерился возбудить меня, перед тем как разложить в разных позах, так же, как я его возбуждала! И это показалось мне куда хуже, чем если бы Ярый взял меня силой…

Жестко одернув себя, я всеми силами постаралась отвлечься от манипуляций, которые он проделывал между моих ног.