Царевичи

Или заброшенный бункер. Трудно сказать, так как глазу просто не за что было зацепиться. Одно я знала наверняка: аура у этого места могильная. Не сомневалась, что стены здесь щедро окроплены кровью.

– Приехали! – остановившись, здоровяк грубо повернул мою голову в противоположную сторону.

И я увидела его.

Миша находился в небольшой комнатке с прозрачными стенами. Обнаженный по пояс. Весь в крови, на его лице и теле не осталось живого места."

"От шока я вскрикнула, но тут же зажала рот ладонью. В этот миг близнец поднял голову, устремив на меня взгляд, полный ненависти, тоски и боли. Он с таким отчаянием на меня смотрел… Но ничего не мог сделать. Грудную клетку сдавило от тупого бессилия. От рыданий меня буквально скрутило пополам.

– Заходи! Чего встала?! – надавив на лопатки, подонок грубо втолкнул меня к близнецу.

– Миша… – я не могла контролировать потоки слез.

Где Лев? Почему он не приходит нам на помощь? Что вообще происходит? Во что он вляпался? На языке вертелось столько вопросов, пока у меня челюсть ходила ходуном, а сердце вибрировало где-то в горле.

– Соскучилась по своему благоверному? – широко улыбаясь, Барин вышел к нам из темноты. – А вот и твоя красотка! Ну что, Лев, может, хоть так котелок начнет варить? – хохотнул. – Где товар? Гдеон? Просто скажи, и я вас отпущу.

Лев? Я не ослышалась… Вдруг осенило, что они понятия не имеют, кто перед ними…

– Я не понимаю, о чем речь…

У меня зашевелились волоски на руках от звука его пугающе спокойного голоса. Слава богу, Миша был в сознании. Он несколько раз моргнул, не сводя с меня залитых кровью глаз.

Ну где же ты, Лев? Где? Где?!

– Ну а ты вспомнила что-нибудь? – тонкие губы Барина сложились в гаденькую ухмылку.

– Нет… Я понятия не имею, о каком товаре вы говорите, – еле сдержала всхлип.

– Шах возвращается завтра утром. Если к этому моменту пропажу не найдут, мы втроем поедем кормить червей. Или рыб. В зависимости от его настроения, – резко поравнявшись со мной, этот нелюдь пожал плечами. – Красивая у тебя сучка, – он провел кончиком пальца по моей влажной от слез щеке.

– Не прикасайся к ней, уебок, – и вновь этот душераздирающий ровный голос Миши. – В противном случае я выдеру твои ногти, засыплю в твою глотку и заставлю их сожрать.

Барин хмыкнул. Однако сделал поспешный шаг назад. Миша смотрел на него с животной ненавистью. Казалось, еще немного и прикончит одними глазами. Сотрет с лица земли. Хотя его держали на привязи и руки заковали в наручники. На ногах болталась какая-то веревка. Они знали, что поймали хищника. Настоящего зверя.

Барин подошел ко мне вплотную. Его омерзительное горячее дыхание вызвало ледяные мурашки на коже.