Царевичи

– Миша… Миша… – шептала, еле ворочая онемевшим языком.

А потом вновь провалилась в беспамятство.

Не знаю, сколько времени прошло, когда я все-таки смогла открыть глаза. Увы, это не особо помогло, так как кругом царил мрак. И все тот же могильный холод. Мои зубы жили отдельной жизнью, выстукивая чечетку. Почему-то я была уверена, что нахожусь глубоко под землей. И эта кромешная темнота является предвестником чего-то поистине жуткого.

Но где же Миша? Что они с ним сделали?

Озноб пробирал до мельчайших костей. Впервые в жизни я испытывала не просто страх. Ужас. Неконтролируемый. Всеобъемлющий. Животный. Сжимавший горло. Вгрызавшийся в нутро.

– Вроде очухалась! – услышала где-то поблизости резкий мужской голос.

– Эй, Барин, девка пришла в себя…

Тусклый неоновый свет наполнил помещение, и я увидела рядом с собой двух мужчин. Один из них, высокий и грузный, с густой сальной шевелюрой, нависал надо мной, сверля пристальным оценивающим взглядом."

"– Если Царев не разговорится, загоним его подстилку на аукционе. Хоть душу отведем, – и его рот растянулся в зловещем оскале.

– А можно мне сперва с ней поразвлечься? Все равно ж не целка… – пробасил второй, который находился в тени.

Боже…

– Не лезь вперед батьки, Валид. Посмотрим, как девка будет себя вести… – Он резко приблизился, сжал мой подбородок: – Ты ведь нам поможешь, красавица? М?..

Меня окатило новой волной ужаса и отвращения. Задержала дыхание, когда лицо мужика оказалось слишком близко. Ну где же Лев? И что они сделали с Мишей?

– …Что молчишь? Или ждешь особого отношения?..

Липкие пальцы впились в мой подбородок, потянув его на себя. Больно. И гадко. Я всхлипнула, зажмурившись до рези в глазах.

– …Эй, сука, ты меня слышишь?! – обжигающая пощечина прижгла мою щеку, так что несколько слезинок сорвались с дрожащих ресниц, однако, поборов вспышку боли, я быстро кивнула.

– Слышу… Я слышу… – пыталась отползти, хотя понимала, что деваться мне все равно некуда – в крошечной комнатке с холодным бетонным полом не было даже окон…

– Какая понятливая девка! – осклабился тот, которого звали Валид.

Барин, наконец, отпустил мой подбородок и, шикнув на подельника, выставил ладонь вперед, вынуждая его замолчать. Сразу стало понятно, кто в их связке главный, а кто исполняет приказы.

– Куколка, скажи, ты знаешь, куда твой мужик загнал целую партию нашего товара? – его голос буквально сочился ненавистью.

– Я не понимаю, – тяжело сглотнула, – о чем вы…

– Сука! – еще одна пощечина обрушилась на мое лицо со скоростью шквалистого ветра в непогожий день. – Тупая сука! – он снова замахнулся, на этот раз ногой.