«Сандал», которого не было

Сидевший на нем «подставной» тут же пересел правее. Аюб плюхнулся на освободившееся место, после чего в комнату впустили свидетеля. Аюб узнал его сразу – грузный, лысый, с черной бородой, – это был Алихан, хозяин той забегаловки у трассы, в которой Граф и Вампир встречались с братом Умара. Судя по неотрывному пристальному взгляду, Алихан тоже его узнал.

Следователь привычно повторил положенные фразы об ответственности за ложные показания и возможности не давать показания против себя и близких родственников. Свидетель расписался.

– Теперь посмотрите внимательно: кто из присутствующих вам известен? – спросил Красковский.

– Этот! – Алихан уверенно ткнул кривым пухлым пальцем в Аюба.

– При каких обстоятельствах вы встречались? – не скрывая радости, уточнил следователь. – По каким признакам опознаете?

– По общим признакам внешности, конкретно – по чертам лица: носу, подбородку, взгляду, – как по писаному оттарабанил свидетель. Чувствовалось, что с ним репетировали: слишком гладко он употреблял чуждые ему обороты речи.

Алихан перевел дух и продолжил:

– Он приезжал в мое кафе со своими друзьями на зеленой «десятке», которую у Мурада Ашугова под автоматами отняли, и на «Тойоте Королле», которую у его односельчанина Айдамира забрали. Люди говорят, что они еще в Сурдахи у Седого Эмина «Волгу» отобрали. А на другой день ее нашли на берегу Хартанги, а в салоне – кровь. Значит, раненого вывозили…

Расписываться в протоколе Аюб отказался.

– Я требую адвоката! – заявил он.

– Будет тебе аблакат! – не стесняясь присутствовавших, глумливо переиначил слово Красковский.

«Как же мы не заметили камеру?! – подумал Аюб. – Вроде же все накануне проверяли…»

– Эту камеру за день до вашего налета поставили, – словно угадав его мысли, сообщил следователь. – Так всегда бывает: преступник прокалывается на мелочах и непредвиденных обстоятельствах. Не вы первые, не вы последние…

– Почему сразу «преступник»? – возразил Аюб. – Вы сначала разберитесь…

– А вот заключение экспертов-криминалистов. – Не слушая, Красковский положил на стол еще несколько скрепленных листков. – В нем сказано, что гильзы, собранные на месте обстрела колонны на границе Чечни и Ингушетии, отстреляны из автоматов вашей группы, изъятых на месте крушения вертолета!

– Да вы поинтересуйтесь: какой ущерб причинен на Степнянской ГЭС? – нехотя сказал Аюб. – И кто пострадал в той колонне? Кого конкретно мы «расстреляли», как вы говорите? Где эти «расстрелянные»? И сразу ваши гладкие, логичные выводы превратятся в ничего не стоящие домыслы!

Но следователь не слушал обычных в таких случаях глупых оправданий: он опирался на установленные факты и «железные» доказательства, на которых и строил линию обвинения.