Если бы меня спросили

Только не радовало.

— И чем ты недовольна? — удивилась Аврора. — Что ещё он может сделать? Как показать, что ты ему важна, дорога, нужна? Что думает о тебе? Показать наглядно, действиями?

«Может, приехать?» — отставила Ирка бокал с вином. Плеснула себе для поднятия настроения, но только один глоток и сделала — не легло. Какое вино! Сейчас бы водки.

Прошёл месяц, как Вадим улетел, и она думала, чем дольше его нет, тем будет легче, но как бы не так. Порой накатывала такая тоска.

Сегодня особенно. Ведь вчера вечером он первый раз не позвонил. Сослался на какой-то форс-мажор, даже «С добрым утром!» не написал и весь день был «не в сети».

Сегодня особенно. Ведь сегодня столько всего произошло и оттого было особенно тоскливо.

Грустно. Беспросветно. Одиноко.

Петькина бабка сказала бы: «Одиночество, деточка, это когда тебя некому забрать из морга. Всё остальное — временные трудности». Но в морге Ирке будет по хрену, а когда всё навалилось и некому просто обнять, утешить, сказать: «Да пошли они все!» и смело, убедительно пообещать, что всё будет хорошо, одиночество ощущалось как никогда остро.

— Конечно, приятно, когда мужчина приносит на свидание весь джентльменский набор, а не только хрен, — горько усмехнулась Ирка, — но в моём случае хотелось бы наоборот, а цветы жалко, они гибнут.

— Так это цветы, Ир! Их для того и выращивают. Для того и срезают, — ответила Аврора практически словами Воскресенского.

— Ой, ну не зна-а-а-ю… — задумчиво протянула Ирка.

Вернула в холодильник вино, ткнула в мойку пустую тарелку.

Подумала: «Может, позвонить Гордеевой? Тусануть с ней где-нибудь. По барам пройтись, развеяться» и отмела эту мысль, как несостоятельную.

Какая Гордеева! И так тошно. Какие тусовки — уже добрести бы до кровати, включить тупой сериальчик и не думать ни о чём.

Не прокручивать, не накручивать, не переживать.

Одно радовало: рабочая неделя наконец позади, впереди — выходные.

Длинные майские выходные.

— Только не вздумай сказать ему про цветы в горшках, — всё ворчала Аврора, когда Ирка прижала телефон к уху плечом и открыла воду, чтобы помыть посуду. — Я как-то заикнулась, и муж популярно мне объяснил, что такое букет, а что такое цветок в горшке. Заочно уважаю твоего Воскресенского за то, что он присылает букеты, да ещё в коробках.

— Угу, Воскресенский молодец, — сунула Ирка тарелку в сушилку. — Прямо герой.

— Это забота, Ир, — настаивала подруга. — Тебе даже с вазами не нужно париться. Цветы в горшках как минимум — обуза, а как максимум — жадность. А за букетом не нужно ухаживать, и Вадим молодец, что не создаёт тебе лишнюю работу и думает о твоём комфорте, а не о расходах.

— Ну почему же, — чисто из вредности возразила Ирка, окинув взглядом кухню: всё ли убрала.