Правила бунта

Пакс сбегает вниз по лестнице, мрачный и готовый к драке. Парень видит меня и останавливается.

— Где они? — спрашивает тот.

Он говорит о тайнике с наркотиками, который Рэн купил для вечеринки. Найти и избавиться от него — наш главный приоритет прямо сейчас, и у нас есть всего несколько секунд, чтобы выполнить эту задачу. Если копы постучат в дверь до того, как мы найдем заначку, нам крышка.

— Я не знаю! — Бегу вниз по лестнице в одних трусах, отчаянно разбрасывая подушки с дивана, пытаясь найти маленькую деревянную коробочку, в которой Рэн прошлой ночью спрятал наркотики на сорок тысяч баксов. Пакс начинает с выдвижных ящиков консоли под телевизором. — Может быть, в его комнате?

Пакс замирает. Сирены приближаются.

— Мы могли все употребить прошлой ночью? — спрашивает он.

— НЕТ! Все были бы мертвы, если бы приняли столько кокаина.

— Логично. — Пакс возвращается к поискам в ящиках.

Сколько сейчас времени? На улице светло. Может, девять? Голова раскалывается от недосыпа. Уборщики приходили и уже ушли, дом безупречно чистый, если не считать беспорядка, который мы сейчас устраиваем. Уверен, что они нашли и избавились от всех пакетиков, спрятанных Рэном, которые не были найдены нашими одноклассниками. Вероятно, мы в безопасности. Или будем, как только найдем эту чертову деревянную коробку!

Пакс подбегает к окну, держась за подоконник.

— Черт. Они здесь. У них включены мигалки. Мы точно... — Пакс хмурит брови. — Подожди. Они не остановились. Поехали дальше в гору.

— Дерьмо. — Это не сулит ничего хорошего. Пока мы в безопасности, но как долго это продлится? Если Харкорт обнаружила наркотики у кого-то из ребят в академии, то это только вопрос времени, когда они расколятся и расскажут копам, откуда они это взяли. Пакс и я обмениваемся взглядами. — Нужно поднять Рэна. Сейчас же.

— Клянусь богом, если ты ударишь меня еще раз, я вырву твою гребаную руку из сустава. Дай мне выпить кофе. Дай, бл*дь, подумать.

Рэн бледный, как труп. Его уже один раз вырвало, и я уверен, что скоро это повторится. Потребовалось три минуты и кастрюля ледяной воды, чтобы привести его в чувство, и с тех пор парень кипит от злости. Он бросает убийственные взгляды на нас с Паксом, мысленно сдирая кожу с наших костей. Я знаю, что тот это делает, потому что Ржн сам, черт возьми, сказал это, когда я сунул чашку кофе в его руку и приказал выпить ее.

— Может, тебе привиделись полицейские машины, — ворчит он. — За последние двенадцать часов я насмотрелся всякого дерьма.

Пакс наклоняется, кладет руки на колени, чтобы посмотреть Рэну в глаза.

— Я люблю тебя как брата, чувак, но, если ты не возьмешь себя в руки, я прибью тебя. Где. Бл*дь. Та. Чертова. Коробка?

Выпаливается много угроз, и ни одна из них не помогает.