Букелларий

Лояльный герцог Аквитании из него не получится, потому что править будут другие, причем лихо, потому что отвечать не им. О чем я и сказал Карлу Мартеллу и дал древний совет: разделяй и властвуй. Гаттон сейчас числится соправителем старшего брата, но официально является всего лишь графом Пуатье. По окончанию переговоров стал герцогом Васкони. В Памплоне, конечно, скучнее, чем в Тулузе, зато далеко от старшего брата, который был склонен к авантюрам и мог утянуть младшего за собой в могилу.

По окончанию переговоров Гунальд прибыл вместе с епископом Бернардом в ставку Карла Мартелла, которая располагалась в каструме, немного похожем на римский, километрах в двадцати от Тулузы. Священнослужитель сдал за те годы, что мы не виделись, явно был уже одной ногой в могиле, но меня узнал, правда, не сразу.

— Тебе передали, что Лампагия сейчас наложница правителя мавров? — первым делом поинтересовался епископ Бернард.

Несмотря на сан, он был охоч до баб, сожительствовал с кухаркой и, как догадываюсь, был не прочь покувыркаться с внебрачной дочерью Эда Большого, но не осмелился.

— Да, — ответил я коротко, потому что не хотел говорить на больную тему.

Епископ Бернард почувствовал это и произнес:

— Я был против ее брака с Мунузой, но меня не послушали.

Его и по остальным вопросам не слушали, даже по многим религиозным.

— Епископа Григория накажут за вторичную сдачу Бордо? — поменял я тему разговора.

— Нет, Вальтруда отстояла, — ответил он, после чего произнес с искренней горечью: — Не дай бог займет моё место!

Меня всегда забавляли люди, которые беспокоились о том, что случится после их смерти. Какая разница, что будет, если не будет тебя?!

63

Власть — это яд, который убивает душу. Чем труднее удерживать ее, тем быстрее разлагаешься. Император Гай Аврелий Валерий Диоклетиан, проправивший Римской империей двадцать лет и добровольно распрощавшийся с короной ради выращивания капусты, редкое исключение. Наверное, поэтому его в мою предыдущую эпоху называли свихнувшимся на старости лет. Остальные вцепляются во власть зубами и руками и частенько теряют ее вместе с этими частями тела и головой.

Одним из таких оказался и Мавронт, герцог или, как он сам называл себя, патриций Прованса. Увидев, как Карл Мартелл избавил от амбиций Гунальда и немного сократил территорию Аквитании, раздав полученные земли своим новым тяжелым кавалеристам, Мавронт сделал неправильные выводы и решил подстраховаться. Для этого он стал союзником единственной силы в том регионе, способной оказать сопротивление франкам — маврами, отдав им по-тихому, без боя несколько городов, включая Арль, Авиньон и Лион. Вроде бы, неглупый человек, но явно боялся Карла Мартелла больше, чем Юсуфа ибн Абд ар-Рахман аль-Фихри, нынешнего вали Септимании.