Букелларий

Дым был светлый, но достаточно густой, заметный издали.

После чего я поехал к противоположному концу лагеря, приказывая на ходу своим подчиненным, чтобы поджигали всё, что смогут, и двигались вслед за мной. Они уже знатно нагрузились добычей, поэтому действовали с огоньком во всех смыслах слова. Когда мы выехали из лагеря, за нашими спинами полыхало знатно.

Охрана второго лагеря разбежалась еще до нашего приезда. Они правильно поняли, что пожар в главном случился не просто так. Как ни странно, большинство пленников продолжало сидеть и стоять на территории, огражденной арбами, хотя никто не мешал им убежать. Крестьяне, а большинство пленных были именно они — это люди с севшими батарейками, без пинка не способные даже за собственную жизнь побороться. И я пнул их, приказав убираться к чертовой матери, пока мавры не приперлись сюда. Из главного лагеря уже доносились крики на арабском языке.

Мы переправились через Клен. Место оказалось не самое удачное, пришлось спешиваться и вместе с конем карабкаться вверх по склону противоположного высокого берега. Затем долго и медленно ехали по лесу, потому что дорога была здесь далеко от реки. Меня все время не покидало чувство, что мавры вот-вот догонят нас. Заметил, что и мои подчиненные тоже побаивались этого. Завладев богатой добычей, так не хочется вступать в бой! Поэтому, выбравшись на дорогу, понеслись по ней галопом к франкской армии. Свое дело мы сделали — врагов отвлекли, кое-какой урон нанесли. Сегодня мавры уже вряд ли нападут, а завтра обязательно оставят в лагере большую охрану, и нам будет легче отбивать их атаки.

54

Первая часть моего предположения сбылась. Больше мавры в тот день не нападали. Вся их армия убралась в подожженный нами лагерь. Там почти до темноты был крик и гам. Потом стало тихо, даже женского смеха не слышалось. Наверное, все пленницы разбежались, воспользовавшись нашим нападением.

Армия франков до темноты продолжала стоять на том же месте. Точнее, большая часть села на землю, а кто-то даже лег. Незаметно на них не нападешь, так что можно было отдохнуть немного. Слуг послали собрать трофеи и добить раненых врагов. Одного мавра, раненого в правое плечо, взяли живым и привели к Карлу Мартеллу, допросили. Судя по доспехам, это был знатный воин. Он сообщил, что был в личной охране Абд-ар-Рахан аль Гафики, защищая которого получил ранение, упал на землю и оказался заваленным убитыми лошадьми и соратниками, одним из которых был сам вали аль-Андалуса. Труп, на который он указал, был в довольно скромных доспехах, поэтому пленному не поверили.

И ночью фаланга оставалась на поле боя. Вперед выдвинули усиленные дозоры, а остальным разрешили покемарить. Кавалеристам дали зерна, чтобы накормили лошадей, которых не отогнали на пастбище.