Бухгалтер

Ридван подозревал, что те, кто знал, умерли. Дверь приглашающе открывается, Ридван спокойно забирается в прохладный салон."

"— Не расстраивайтесь, уважаемый, — мягким, отеческим голосом произносит пассажир джипа, маленький лысый старичок, — вы сделали все, что в ваших силах.

— Вы хотите сказать, что я стал слабым? — хмуро интересуется Ридван.

Старичок чувствует напряжение, успокаивающе поднимает руки:

— Нет-нет, что вы. Но в данном случае действовали не местные партизаны, а русские.

Лицо Ридвана непроизвольно дернулось, но он старается не выдать волнения. Вот в чем дело! Поэтому так плохо все пошло с самого начала, а потом и вовсе сорвалось.

— Это не оправдание. Мои люди не хуже.

— Хуже, — мягко возражает Доктор, — намного хуже. Тут действовали профи экстра-класса. Вам следует передать мне всю информацию по этому делу.

— Просто так? — удивляется Ридван, — что-то новое в наших делах.

— Вы получите своего христосика, а я русских. Это будет справедливо, так как сами вы уже ничего не сделаете. Ваши суданские друзья вам помешают.

— Вы правы, — вынужден согласиться Ридван, — но я полечу с вами. И мои люди.

— Идет, — отвечает Доктор после секундного раздумья. «Свою рыбу будешь ловить сам», — думает он.

Отряд наемников Доктора и группа Ридвана загрузились в транспортный вертолет. «Летающий вагон» Сикорского натужно поднимается в воздух, берет курс на восток. Точно определить местоположение русских не удалось — передача со спутника прервалась, поэтому Доктор выслал четыре группы поиска по пятнадцать человек, они с четырех сторон пойдут к району, где, предположительно, будет группа русских и освобожденный лидер местных христианских партизан. С последней, высаженной дальше всех группой, идет Ридван. Со скрытым злорадством выслушал доклад об уничтожении первой группы, потом второй.

Вся показная мягкость и доброта быстро слетают с Доктора, теперь он не разговаривает, а рычит, отдавая приказы. Третьей группе наемников Доктора удалось окружить русских, но все ли попали в окружение, пока установить не удалось …

Пока капрал торопливо докладывал по рации о засаде, трое оставшихся солдат опасливо выглядывают из-за камней. Суетливы и быстры, словно большие суслики, потные шеи вытягиваются, глаза стремительно шарят по сторонам. Никто не стрелял. Постепенно осмелели, стали не такими быстрыми. Один повернулся к капралу, намереваясь что-то доложить, рот открывается … рация в руке капрала разлетается в пыль, голова будто взрывается от избытка давления, остается только шея, фонтанирующая кровью! Все происходит за мгновение, солдат так и замирает с открытым ртом. Поворачивается к остальным, намереваясь закричать… на его глазах солдату отрывает руку пулеметной очередью.