Бухгалтер Его Величества

Взгляд мужчины перемещается с месье Амбуаза на меня, и улыбка становится еще шире и еще страшней.

– О, ваша светлость тоже здесь! Приятно удивлен. Я полагал, что королевские фаворитки не способны на подлинную любовь и ценят только деньги и титулы. Вы, сударыня, возвращаете мне веру в людей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Позвольте нам поговорить с его величеством, – снова подает голос граф. – Мы передадим ему ваши требования и попробуем уговорить его с вами согласиться. Вам нужна жизнь маленькой принцессы, не так ли? Но разве девочка не имеет права на оправдание? Дайте его величеству возможность доказать, что ее высочество – не ведьма. Я уверен, у многих из вас есть собственные дети. Как сможете вы посмотреть им в глаза, если убьете невинного ребенка?

Речь месье Амбуаза заставляет Сюзанну расплакаться. Я и сама чувствую подступающий к горлу комок. И на лицах многих стоящих рядом людей я вижу по крайней мере сомнения.

Но видит их и мужчина в камзоле.

– Чушь! – выкрикивает он. – Никто из членов королевской семьи не заболел нынче оспой. Разве это не доказательства того, что болезнь была напущена на город ими самими?

Гул в народе усиливается. Этот вожак знает, на что надавить.

Я задыхаюсь от возмущения:

– Но зачем бы им делать это?

Мужчина хмыкает:

– А это нужно спрашивать у них. Возможно, таково было пожелание Парижа, которому наш славный король продал нас со всеми потрохами.

И снова возмущенный рёв толпы.

– Но это неправда! – кричу я. – Напротив, его величество принял решение отказаться от сделки с Францией! Позвольте ему самому всё вам объяснить!

Я вижу в толпе знакомое лицо – Майра, жена крестьянина Филиппа, стоит в первом ряду, держа булыжник в крепких руках, – и воодушевляюсь.

– Мы поговорим с его величеством, и он примет во дворце тех, кого вы решите туда послать. Он ответит на ваши вопросы. Он мудр и добр, разве вы забыли об этом? Разве он не освободил вас от непосильных налогов? Разве не открыл больницы в городе? Разве не обеспечил продовольствием тех, кто из-за болезни не смог работать?

Мне кажется, моя речь имеет успех. Но кажется так только до того момента, пока мое плечо не пронзает острая боль. Я даже не сразу понимаю, что произошло."

"– Эта дрянь бросила в вас камень, – шепчет в ужасе Алан.

Я снова смотрю на Майру. Руки ее сейчас пусты. А вот взгляд полон ненависти.

Я делаю шаг назад, но уже догадываюсь – они не только не пустят нас во дворец, но и не выпустят нас с площади. Алан с самого начала был прав. Это было безумием.

У меня кружится голова. И в краткий миг затуманенного сознания я вижу саквояж в руках секретаря. В отличие от меня, он про свой багаж не забыл.